Начало > Голос партии > Аналитика > БЫЛ И ОСТАЁТСЯ ГЕРОЕМ!

БЫЛ И ОСТАЁТСЯ ГЕРОЕМ!

Знал: они не успокоятся, пока не схватят его, не засудят и не обрекут на пожизненное заключение. Писал: это — лишь вопрос времени («Звезда», 29.8.2008 и 31.5.2011). Так только что и случилось.

Вглядываюсь в телеэкран: скулы заострились, походка шаркающая… В 1994–96 годах на встречах с журналистами, на других публичных акциях, где присутствовал и я — он выглядел совсем иначе: коренастый, с широким загорелым и обветренным лицом, затянутый в ладный камуфляж. Демонстрирующий умение с ходу — и, одновременно, основательно, ответить на любой вопрос. Да с подходцем-то слегка иронично, то с убийственным сарказмом. Засмеется — даже настроенные враждебно оппоненты невольно заражаются. Нахмурится, начнет рубить фразы — у них мгновенно гонор отшибает. О своих и говорить не приходилось. Все бойцы и командиры, которых я знал, любили и уважали своего генерала, очень доверяли ему. Похвалит — уже награда. Случись, сделает выговор — виновник от стыдобы не знает, куда деться, «землю роет», чтобы упущение исправить.

Чувствовалось: очень цельная личность. Открыт и прям — настолько, на сколько позволяли положение и отведенная историей миссия. О том же свидетельствует жизненный путь. Родился в огненном 1942-м. Рано лишился отца — павшего в бою партизанского командира. Последовательно прошел ступени военной карьеры, начиная с комвзвода. Закончил академию генштаба.

Крах Социалистической Югославии в миниатюре напоминал аналогичное в СССР. Грянула война, в которой стороны сражались с ожесточением. Вскоре «Српска войска» контролировала свыше двух третей спорной территории, в том числе половину Сараево. В 1994–1995 годах я как раз застал кульминационный момент: схватки шли на центральной улице — Лениновой. Казалось, вот-вот…

Чтобы решать военно-политические задачи на территории, где тугим узлом сплелись противоречия в спектре от мировых до местечковых, организовать и вести за собой армию, наскоро созданную из самых разнородных элементов — надо было иметь талантище, особый склад характера, харизму, если хотите. Судите сами. Сербы, в отличие от противника, вязли в склочных говорильнях, интригах, перестановках. По мере затягивания войны и все большего и большего включения в нее Запада, «нефтедолларового Исламского интернационала» среди верхов стала нарастать шкурная дрожь. Некоторым пообещали «отпущение грехов» за «правильное поведение». Наряду с добровольцами армию пополняли те, кто норовил сбежать при первом удобном случае (в моем архиве — «поздравительная открытка», «адресованная» Младичем дезертирам). Коль линия фронта проходит по улицам родного села да вдобавок родных враги порезали, солдат сам в бой рвется, мстя, не щадит никого. Если же таковая пролегает километров за 150 — довлеет настрой: далеко, мол, до нас не дойдут. Наряду с элитными соединениями — той же Маевицкой гвардейской бригадой, к которой я был прикомандирован в качестве офицера пресс-службы — полуанархические отряды и отрядики. Мало смыслящий в военном деле офицерский корпус. Присвоение чинов — без разбора. Результат: полковников больше, чем капитанов и поручиков (мне, кстати, тоже полковничье звание присвоили). Четами (ротами) командовали вчерашние почтальоны, учителя, крестьяне. Окопы были полупусты.

А видели бы вы применявшиеся там оружие и боевую технику! Танки Т-34, оставшиеся от Второй мировой и давным-давно исчерпавшие свой ресурс. Достойные музеев винтовки, автоматы, пулеметы (те же ППШ и «томпсоны»). Наблюдал за стрельбой минометной батареи. Стволы без прицелов и плит — вкопаны, подперты колышками, наводятся на глазок…

Элемент «подвешенности», непредсказуемости вносили расположенные в глуби сербской обороны мусульманские анклавы. Подпитывающими артериями последних являлись дороги, охраняемые войсковыми подразделениями ООН (UNPROFOR). Симпатии «голубых касок» из России были на стороне сербов, но им, скрепя сердце, приходилось соблюдать нейтралитет. Были, правда, ситуации, коих автор свидетель и участник: ночами пропускали через свои позиции сербскую бронетехнику, укрытую затем в руинах сараевских зданий. Втихую сливали «братушкам» бензин, в котором те очень нуждались. Устраивали товарищеские футбольные матчи. Взаимно угощались ракией и пели «Тамо далэко…». Все. «Унпрофоровские» же контингенты из Франции, Германии, Польши, Украины, других стран почти открыто «подыгрывали» боснийцам, снабжали их, по сути, участвовали в боевых операциях.

А Сребреница и поголовная резня, которую сербы там устроили мусульманам? — грозно вопрошает «мировая общественность». Не спорю, при разгроме анклава отчасти это, действительно, имело место. Взаимная месть всегда страшна. Караджич свидетельствовал: «…Младич очень жесткий человек. Мне многое в нем не нравится, но я уверен, что он лично наказал бы солдата, уличенного в убийстве, изнасиловании, мародерстве». Льющие крокодиловы слезы «забывают», что в анклаве находились не только женщины, дети, старики, но и около 10 тысяч отборных, вооруженных до зубов головорезов; что те многократно превосходили по масштабам, жестокости и продолжительности все, что творили сербы. Я видел такое, от чего «зашкаливает» сердце и разум: разоренные, загаженные церкви, селения, единственными обитателями которых являлись стаи одичавших собак и трупы, трупы… Правозащитники всех стран, ау! Почему бы вам не вспомнить о той, сеющей смерть и разрушения мусульманской Сребренице. О 155 других «обессербленных» селениях. Так нет же, словно воды в рот набрали!

Говорят о восьми тысячах убитых сребреницких мусульманах. Но, во-первых, на выборах 1996 года голосовали три тысячи тамошних мусульман. Чудом воскресли? Во-вторых, часть мусульман с боями пробилась к своим у Тузлы (я буквально через неделю после этого проезжал участок прорыва).

За полтора года до трагедии Сребреницы глава ООН Кофи Аннан констатировал: интервенция НАТО в Боснии возможна. Но она произойдет только в случае, если бы сербы прорвались в один из анклавов, убив «по крайней мере 5000 человек». Позже, на заседании Гаагского трибунала командующий UNPROFORа в Боснии французский генерал Филипп Морийон скажет: Сребреница оказалась для Младича заранее подготовленной ловушкой.

Устроенные по распоряжениям Караджича и Младича концлагеря? «Мировая сенсация» о них с треском провалилась. Было неопровержимо доказано: снимки, на которых изображены запредельно истощенные пленники-босняки — элементарный фотошоп (чего стоят хотя бы сторожевая вышка и колючая проволока, «позаимствованные» у гитлеровского Освенцима). То же самое — «документальные» телерепортажи. Не понаслышке знаю: лагеря имелись. Для содержания и подготовки их к обмену военнопленных. Таковые имелись и у хорватов, и у мусульман.

Наконец Запад, отбросив даже видимость «миротворчества», обрушил на сербов военную силу. Исход был предрешен.

Младича сместили, назначили на третьестепенную должность. Однако популярность его среди «войников» обусловила положение, при котором «де-факто» опальный генерал еще некоторое время продолжал руководить вооруженными силами. Чтоб обезопасить себя, осенью 1996 года он перебрался в маевицкий «Центар Српске гарде», где я его видел в последний раз — осунувшегося, с залегшими в уголках губ горькими складками; по-прежнему решительного и целеустремленного. Помню чеканные строки отдававшихся им приказов.

Дожали окончательно. Перевели в общеюгославский резерв (РВСJ). До 2002 года Младич не скрывался. Часто появлялся на стадионах во время футбольных матчей. Делал публичные заявления. Вот, к примеру, о Гаагском трибунале: явлюсь туда сразу после того, как туда «явятся генералы, которые воевали во Вьетнаме, бомбили Югославию». Между прочим, натовцами использовались бомбы, начиненные обедненным ураном. Тем самым «утилизировались» отходы атомных станций. Эти отходы производства значительно загрязняют почву, а также грунтовые воды, вызывая рак, лейкемию и чудовищные врожденные дефекты.

На нелегальное положение Младич перешел лишь со свержением и арестом покровительствовавшего ему президента Югославии Слободана Милошевича. При желании изловить объявленного «злочинцем № 3» Младича не составляло такого уж труда. Держали «под колпаком», «про запас». Ведь процессы над Милошевичем, затем Караджичем шли ни шатко ни валко. Первый скончался, так и не дождавшись приговора. Второй держится крепко, не оправдывается — обвиняет. Я склоняюсь к следующей версии. Кому надо донесли: Младич плох здоровьем; вдруг помрет, покончит с собой или, того хуже, станет недееспособным… А психологически надломленного, есть шанс подвигнуть на «признания» и «покаяния». Кто надо решил — пора. Скорее всего, арест произошел задолго до того, как о нем объявили. Требовалось время на «обработку клиента».

Не прокатило! На суде генерал держался мужественно.

Исчерпывающе высказался о нём президент Республики Сербской Милорад Додик: «Ратко Младич был и остается героем для сербского народа. Младич не тот, кого может судить суд, таких, как он, судит история. Он вошел в сербские песни, и это мощнейшее оружие, которое живет веками. Мы не можем влиять на приговоры МТБЮ, но и его решения не могут влиять на наше сознание».

Аркадий Константинов

 

Оставьте отзыв

Пожалуйста, почитайте правила общения на сайте


Быстрый поиск

Кто такой сторонник КПРФ? Сторонник КПРФ – это человек, разделяющий идеи Коммунистической партии, небезразличный к тому, что сегодня происходит в России, интересующийся работой партии и готовый оказать посильную помощь. Что требуется от сторонника? Сторонник не имеет, каких либо обязательств перед партией, а потому каждый сам определяет степень своего участия. Кто-то ограничивается голосом на выборах различных [...]

(далее ...)

Дорогие товарищи! Партия КПРФ, находясь на острие народного сопротивления грабительскому режиму, несёт в массы Правду о нынешней России, но, не имея достаточных средств, партия очень нуждается в вашей и моральной, и физической, и финансовой поддержке. Поддерживая КПРФ, вы помогаете делу спасения страны, а значит, и нашей республики, от засилья властвующих богатеев, разоблачению их подлой грабительской [...]

(далее ...)

Как вступить в КПРФ Если Вы – совершеннолетний гражданин Российской Федерации, не состоите в другой партии, разделяете Программу КПРФ и признаёте её Устав, неравнодушны к судьбе нашей Родины и считаете капитализм несправедливым устройством общества, если Вы хотите бороться за коммунистические идеалы – Вы можете стать коммунистом!   Чтобы вступить в КПРФ, необходимо: Шаг 1. Связаться [...]

(далее ...)