Письмо по поводу вступления Россию в ВТО

Депутату Государственной Думы

Российской Федерации

Куликову О.А.

О вступлении в ВТО

От Таскаева И.Г.

Уважаемый Олег Анатольевич!

Государственной думе предстоит принять судьбоносное решение: вступать или не вступать в ВТО. Распространённое мнение говорит о том, что при наличии плюсов и минусов на самом деле ничего существенно не изменится. Это справедливо в том отношении, что в течение нескольких лет от момента вступления изменения а экономической жизни могут пройти незамеченными. Однако вновь приобретённый статус не позволит государству принимать действенные меры к изменению положения в народном хозяйстве в сторону интенсивного развития. Ниже я приведу обоснования этого.

Начнём с констатации того, что нынешнее состояние промышленного и сельско-хозяйственного производства не в состоянии обеспечить страну собственными товарами жизнеобеспечения. Внешняя торговля является жизненной необходимостью. Необходимым условием существования страны является обеспечение внешнеторгового баланса — не превышения импорта над экспортом. Ныне это обеспечивается за счёт сырьевой составляющей экспорта. Общий объем экспорта России в 2011 году — около 500 млрд. долл. Экспорт топливно-энергетических товаров — 350 млрд. долл. (из них: нефть — 175 млрд., газ — 55 млрд.). Экспорт металлов — 50 млрд. долл., минеральных удобрений — 15 млрд. долл. Таким образом, более 80% экспортной выручки получается за счет выкачивания природных ресурсов.

Основное, из чего надо бы исходить всем нам., заключается в том., что природных ресурсов надолго не хватит. В России находится около 6% мировых запасов нефти, а доля России в мировом экспорте нефти составляет около 15%. Wikipedia приводит оценки British Petroleum по запасам нефти и газа в России, согласно которым при нынешнем уровне добычи: нефти хватит на 20 лет, газа — на 80 лет. Нетрудно представить, что это означает для нас, нашей страны и наших детей

Другой альтернативы нет, кроме как развивать собственное товарное производство. Не принципиально: будет ли производимая продукция непосредственно удовлетворять внутренние потребности страны, или же идти на экспорт, чтобы заполучить средства, необходимые для приобретения недостающей продукции.

На данный момент нам не с чем выйти на мировой рынок. (Отдельные контракты по вооружениям и энергообъектам — далеко не то, что может прокормить страну.) Развитие авиапрома, автопрома, судостроения, нанотехнологий — пока только на уровне деклараций и первоначальных действий. Сколько потребуется лет, усилий и средств, пока всё это поднимется на уровень конкурентоспособности!

В каком положении находятся предприятия общеизвестно. Оборудование изношено, технологии устарели, производительность труда в разы ниже, чем в передовых странах; проблемы со сбытом выпускаемой продукции; проблемы с кадрами, бегущими от низкой заработной платы. Даже тот, кто далёк от производства, может легко оценить состояние промышленности по отсутствию в торговле отечественных товаров, скажем, в бытовой технике, включая радиоэлектронную. Разве есть в быту российские компьютеры, совремённые телевизоры, сотовые телефоны, цифровые фотоаппараты? В стране утрачена, или так и не создана технологическая база и технологическая культура для этих производств, нет соответствующих кадров. Способные выпускники вузов вынуждены искать достойную работу за границей; сотни тысяч высокоценных «мозгов» уже покинули страну.

Время от начала переговоров с ВТО и по настоящий момент могло бы быть использовано для подготовки промышленности к выпуску товаров, конкурентоспособных на мировом рынке. Это не было сделано. Вместо этого была проведена другая, своеобразная, подготовка к вступлению в ВТО. Первостепенное внимание было уделено таможенным сборам — импортным тарифам. Эти тарифы значительно изменяли, как правило, в сторону уменьшения. В результате, к моменту подписания договора импортные тарифы в стране лишь незначительно отличались от норм, прописанных в договоре. Этот результат организаторам процесса, очевидно, потребовался для того, чтобы снять возражение противников вступления о том, что результатом вступления будет закрытие неконкурентоспособных отечественных предприятий и рост безработицы. Но ведь объективные законы экономики обмануть невозможно. Предприятия в период такой «подготовки», как раз, и закрывались в массовом порядке. Причины разные, но фактор неспособности конкурировать с импортом был одним из определяющих. Многие десятки тысяч предприятий прекратили свое существование.

Почему же российские производители оказываются неспособными конкурировать с зарубежными. Устранимые причины: отсталость технологий, неблагоприятные условия функцио-нирования бизнеса, неблагоприятный инвестиционный климат. Неустранимая причина: высокий уровень затрат на производство, вызванный специфическими условиями данного региона мира. По устранимым причинам все сходятся во мнении, что их в любом случае надо устранять. Независимо от членства в ВТО. Неустранимая причина де-факто игнорируется, когда говорится, что причинами неконкурентоспособности являются большие налоги, несовершенное законодательство, высокий уровень коррупции. На самом же деле, когда все перечисляемые факторы удастся привести к уровню, не превышающему таковой у наших мировых конкурентов, всё равно мы конкурентоспособности не достигнем.

Определяющим фактором неустранимо высокой себестоимости производства товаров в России является суровость нашего климата. Среди развитых стран Россия имеет самый суровый климат. Например, в Канаде таёжный пояс для проживания практически не используется; обжитые места сосредоточены в двух южных углах страны — на побережьях Атлантического и Тихого океанов. Европа с запада обогревается Гольфстримом настолько эффективно, что изотермы января у границ с Россией идут не в широтном, а в меридиональном направлении, т.е. холоднее становится не с юга на север, а с запада на восток. В Западной Европе зимой температура нередко выше нуля, а весна начинается в феврале. Среднегодовая температура в России — минус 5,5’С, в Финляндии — плюс 1,5’С, в Германии — плюс 7,8’С. Эмпирические данные показывают: с каждым градусом понижения средней зимней температуры стоимость обустройства рабочего места растёт на десятки процентов. Велики капитальные затраты на теплосберегающие производственные и жилые дома. Дорого обходится полугодовой отопительный сезон. Зарплата должна обеспечивать, кроме прочего, затраты на тёплую одежду и обувь, питание повышенной калорийности, более дорогие квартплату и коммунальные услуги.

То, что региональные различия в затратах на производство и особенно в уровне заработной платы являются определяющим фактором конкурентоспособности продукции, наглядно демонстрирует размещение производств ведущих мировых корпораций в странах юго-восточной Азии. Для примера можно привести перемещение производств, происходившее в 2011г. В связи с тем, что в последнее время в Китае начала расти заработная плата, некоторые западные компании уже переносят часть своих фабрик во Вьетнам, Бангладеш, Камбоджу и Индонезию. При этом Бангладеш становится одной из наиболее привлекательных стран для производителей одежды. Для данной отрасли местные рабочие имеют самый низкий в мире уровень заработной платы — 64 доллара в месяц. В Китае же она составляет 120 — 1 50 доллара в месяц. В Индонезию перевозят свои фабрики тайваньские и южнокорейские обувные фирмы, производящие продукцию по лицензиям Nike, Reebok, Adidas, Geox. Американская Intel открыла во Вьетнаме свою крупнейшую фабрику по сборке и тестированию микрочипов для ноутбуков и мобильных устройств, вложив в ее строительство 1 миллиард долларов. Ведущие производители компонентов для ноутбуков Dell, Hewlett-Packard, Аррlе и мобильных телефонов Nokia также открывают свои заводы во Вьетнаме.

Рассмотренные примеры показывают также, что особенно рассчитывать на зарубежные инвестиции у нас нет оснований, независимо от того, входим мы в ВТО или не входим. Основной критерий, действующий при этом: производить товары массового потребления для мирового рынка в России нецелесообразно. Иностранные инвесторы вкладывают у нас средства только в производство определённых товаров внутрироссийского потребления (пиво, табак, бытовая химия, автосборка), в добычу сырья, а также в услуги (ВТО будет способствовать импорту услуг). Отечественные производители, в общем случае, по этим же причинам, не могут рассчитывать на мировой рынок для сбыта своих товаров; а внутри российского рынка у них с приходом ВТО появляется международный конкурент на период неограниченной длительности. У государства больше никогда не будет возможности поддержать своих производителей таможенными пошлинами (при оговоренных исключениях по нескольким товарным позициям).

Вспомним, однако, то, что было сказано ранее по тексту. Для того, чтобы не обречь страну и народ на уничтожение по исчерпании сырьевых ресурсов, нужно, чтобы в стране было конкурентоспособное производство товаров в масштабе способном прокормить страну. Сейчас есть только отдельные примеры успешного экспорта промышленных товаров. Это конкретные виды военной техники, это энергетическое оборудование холдинга «Силовые машины», сельхозтехника завода Ростсельмаш. Найдётся буквально считанное количество подобных предприятий — там, где у руля оказались незаурядные личности. Чего-то большего бизнес, как таковой, обеспечить не смог. Ждать от него в дальнейшем чуда нет оснований. Единственный шанс состоит в том, чтобы выделение средств и направление усилий взяло на себя государство. Нужна новая индустриализация.

Но всё дело в том, что с момента вступления в ВТО у государства в значительной степени будут связаны руки. Предприятия, нуждающиеся в государственной поддержке для поднятия своей конкурентоспособности до международного уровня, не смогут такую поддержку получить.

В ВТО существует обязательный для всех членов документ: Соглашение по субсидиям и компенсационным мерам (ССКМ). В этом документе факт поддержки правительством своих производителей характеризуется термином субсидии, которому даётся расширительное толкование. Далее приводится определение субсидий, данное в ССКМ.

Считается, что субсидия существует тогда, когда:

(a)(1) оказывается финансовое содействие правительством или любым публичным органом в пределах территории члена, т.е. когда:

i.            правительство практикует прямой перевод денежных средств (например, в виде дотаций, займов или покупки акций) или принимает на себя обязательства по переводу таких средств (например, гарантии по займам);

ii.            правительство отказывается от взимания или не взимает причитающиеся ему доходы (например, налоговые льготы, такие, как налоговые кредиты);

iii.            правительство предоставляет товары или услуги помимо общей инфраструктуры, или закупает товары;

iv.            правительство осуществляет платежи в механизмы финансирования или поручает, либо  предписывает частному лицу выполнять одну или несколько функций из числа указанных в подпунктах (i)-(iii), которые обычно возлагаются на правительство, причем на условиях, которые фактически не отличаются от обычной практики правительств;

или

(а)(2) существует любая форма поддержки доходов и цен в смысле статьи XVI ГАТТ 1994;

и

(b) таким образом предоставляется преимущество.

С учётом приведённого определения ССКМ запрещает предоставление следующих субсидий:

(а) субсидии, увязанные по закону или фактически в качестве единственного или одного из нескольких условий с результатами экспорта.

(b) субсидии, увязанные по закону или фактически в качестве единственного или одного из нескольких условий с использованием отечественных товаров вместо импортных.

Другими словами, нельзя непосредственно, в какой либо мере, субсидировать экспорт товаров. Другой пункт говорит о том, что запрещено субсидирование предприятий с условием использования ими в производстве каких либо отечественных товаров вместо импортных. Запрещённые субсидии иногда называют другим именем — красные субсидии. Другие субсидии, не попавшие в состав запрещённых, также могут подлежать регулированию средствами юрисдикции ВТО.

Необходимо отметить, что регулирование субсидий, предусмотренных в ССКМ, распространяется только на специфические субсидии. Главный признак специфичности субсидии — ограниченность доступа предприятий к получению субсидии, когда не все предприятия могут ее получить, а в результате создаются искусственные конкурентные преимущества для отдельных лиц. Субсидия не является специфической, если установлены объективные критерии для ее получения, которые применяются автоматически. Например, применение налоговых льгот к малым предприятиям, численность персонала которых не превышает 15 человек, без ограничения секторов экономики, в которых могут применяться эти льготы, не будет являться специфической субсидией.

Субсидии будут давать основание для принятия мер, если они вызывают неблагоприятные последствия для интересов другого члена ВТО. Серьёзное ущемление интересов возникает в случае, когда:

(а) результатом субсидии является вытеснение или затруднение импорта аналогичного товара другого члена на рынок субсидирующего члена;

(b) результатом субсидии является вытеснение или затруднение экспорта аналогичного товара другого члена на рынок какой-либо третьей страны;

(с) результатом субсидии являются: значительное занижение цены субсидированного  товара по сравнению с ценой аналогичного товара другого члена на одном и том же  рынке, либо значительное сдерживание роста цен, падение цен или падение продаж  на одном и том же рынке;

(d) результатом субсидии является увеличение доли субсидирующего члена на мировом рынке того или иного сырьевого товара по сравнению со средней долей, которую он имел за предшествующий трехлетний период, и это увеличение является устойчивой тенденцией на протяжении периода, когда осуществлялось субсидирование.

Субсидии такого рода иногда называют жёлтыми субсидиями. При их наличии в ВТО назначается расследование, по результатам которого принимаются компенсационные меры против субсидирующей страны в виде повышения импортных пошлин для субсидированных товаров или взыскания ущерба, понесённого производящими фирмами.

Существует также класс субсидий, не дающих оснований для принятия мер, называемых зелеными субсидиями:

a)      субсидии, которые не являются специфическими;

b)      помощь на исследовательскую деятельность, осуществляемую фирмами, а также высшими чебными заведениями и научными организациями на контрактной основе с фирмами, при условии, что такая помощь покрывает не более 75% стоимости промышленных исследований или 50% cтоимости разработок на доконкурентной стадии;

c)      помощи неблагополучным регионам на территории члена, которая предоставляется в общих рамках регионального развития;

d)      содействие в адаптации существующих производственных мощностей к новым требованиям в отношении охраны окружающей среды, налагаемым законодательством и/или нормативными актами.

Таковы основные положения о субсидиях для членов ВТО. Для целей модернизации важно, что разрешаются субсидии на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. Но при этом среди разрешённых нет субсидий на приобретение оборудования и строительство производственных корпусов для выпуска новых изделий.

Те, кто считает, что усиление конкуренции иностранных товаров на нашем рынке подстегнёт бизнес и приведёт к выпуску конкурентоспособных отечественных товаров, во многом ошибаются из-за того, что не учитывают неравенство конкурирующих сил. Множество товаров производится транснациональными корпорациями, имеющими многократно превосходящий человеческий и производственный потенциал, к тому же разместившими свои производства в регионах с недостижимо малыми для нас производственными издержками и заработной платой. Это аналогично тому, как если бы мы против тяжеловеса и мастера спорта выпустили на ринг новичка легчайшего веса. Аналогично спорту наша промышленность должна сначала набрать вес и квалификацию мирового поставщика, а потом можно и конкурировать. Но правила ВТО этого не позволяют: они рассчитаны на конкуренцию уже состоявшихся поставщиков. Убедить органы ВТО сделать для нас исключение нам не удастся: никто не заинтересован в том, чтобы создать на свою голову ещё одного конкурента, который их может и вытеснить.

Приемлемым для нас вариантом является: при условии невступления в ВТО, проводить политику ускоренной индустриализации, при максимальном использовании всех возможностей государства. Цель — добиться масштабного выпуска продукции, конкурентоспособной на мировом рынке. После того, как такое производство достигнет уровня, способного прокормить страну, можно будет, и даже желательно вступать в ВТО. По такому пути прошёл Китай, и теперь членство в ВТО ему на пользу. У нас так быстро не получится, потому что у нас нет столько дешёвой рабочей силы и благоприятных климатических условий. Правда, есть ещё остатки научного и конструкторского потенциала. Но надо ещё и, при всём прочем, существенно поднимать производительность труда и снижать энергоёмкость производства. Также предстоит ликвидировать разрыв между достижением научных результатов и реализацией их промышленностью.

Без ВТО на данном этапе ничего страшного не случится. У нас неплохо поддерживается товарооборот на основании двухсторонних договоров с различными странами мира. Мы не производим продукцию совремённого уровня, против которой зарубежные конкуренты на своих рынках могли бы предпринять дискриминационные меры. Такие меры в ощутимых масштабах до сих пор применялись в США против нашей стали, а также против минеральных удобрений. Но и тут ВТО не панацея. Само членство в ВТО это не отменяет — нужно ещё добиться в судебных органах ВТО такого решения, а США умеют на своём настоять. И нужно ли нам стараться так разбазаривать в том числе и эти свои невосполнимые ресурсы.

Торговля же непосредственно сырьём не регулируется средствами ВТО и ведётся только на основании конкретных договоров.

Производство военной техники находится вне рамок действия ВТО. Особенность нашей страны, в отличие от большинства стран: военное и гражданское производство зачастую объединены на одних и тех же заводах. Раньше это позволяло естественным способом высокие технологии ВПК передавать в гражданское производство. В ВТО это не позволяется. Заинтересованные субъекты зорко отслеживают, чтобы таким способом не происходило скрытое субсидирование рыночной продукции. Основной наш технологический резерв, сконцентрированный в «оборонке» будет блокирован. Объединение под одной крышей военного и гражданского производства из преимущества российской экономики превратится в её порок.

Нужно отметить, что идеологи глобализации пытаются уверить нас в том, что развитые страны стали таковыми исключительно на традиционном рецепте реформ макроэкономической стабилизации, либерализации торговли и использовании рыночных механизмов. Однако хорошо известно, что этап индустриализации в них, включая Англию, США, Японию проводился в период масштабного использования протекционизма. Успехи индустриализации в азиатских государствах — в Малайзии, Сингапуре, Китае также обязаны не модели свободного рынка, а сильной роли государства. Названный выше идеологический постулат оказывается просто мифом, направленным на то, чтобы предотвратить индустриализацию в бедных странах. Не из вредности, а потому что рынки сбыта промышленной продукции уже распределены между существующими ТНК и для новых производителей мест нет.

В ВТО исключением из общего правила является сельское хозяйство, для которого разрешается субсидирование, согласно договорным квотам. Так, Европейский союз ежегодно тратит на поддержку сельского хозяйство по 40 миллиардов евро. России же в процессе переговоров установили квоту в 4,4 миллиарда долларов. Даже с учётом того, что в Евросоюзе население 500 миллионов, а в России всего 142 миллиона, квоты на душу населения отличаются более чем в 3 раза не в пользу России. Правда, на момент вступления наша квота поднимается до 9 миллиардов долларов, но затем, в течение переходного периода 6 лет, она постепенно уменьшается до заданных 4,4 миллиарда. Это тот уровень господдержки сельского хозяйства, который мы имели на момент подписания договора с ВТО.

Ещё более разнятся наш и европейский уровень господдержки сельского хозяйства в соотнесении с натуральными показателями. По данным Северо-Западного НИИ экономики и организации сельского хозяйства европейский сельхозпроизводитель получает около 700 долларов государственной поддержки в расчете на гектар засеянной земли, российский — 20-25 долларов. Если считать к выручке, то у них доля госсубсидий в каждом заработанном рубле — от 20% и более, в зависимости от года, У нас эта доля никогда не превышала 5%.

Прописанные в договоре обязательства разорительны, даже если бы Россия и ЕС находились в равных условиях. Но условия далеко не равные. Россия находится в зоне рискованного земледелия, ЕС — нет. Разница в климате уже описывалась выше. Для сельского хозяйства определяющими являются такие параметры климата, как продолжительность вегетационного периода, когда растения могут расти, развиваться и давать урожай, а также сумма дневных и ночных температур за вегетационный период, как мера теплообеспеченности, и количество осадков, как мера водообеспеченности.

Вся Среднеевропейская равнина и среднегорья Центральной Европы относятся к Типично-умеренному подпоясу с вегетационным периодом до 180 дней и с суммой температур от 2000 до 3000’С. Южные регионы Европы относятся к Теплоумеренному подпоясу с вегетационным периодом 180-200 дней и теплообеспеченностью 3000-4000’С. Морской и умеренно-континен-тальный климат Европы не создаёт проблем с водообеспеченностью.

В России сельхозугодия центрального Нечерноземья, Урала и Сибири находятся в Прохладном поясе: вегетационный период 120-150-180 дней, сумма температур 1000-1600-2000’С. Здесь наблюдаются частые и продолжительные весенние и осенние заморозки, период уборки урожая нередко сопровождается длительным ненастьем. По мировым меркам такие условия считаются лежащими ниже уровня рентабельного земледелия. Северная граница Типично-умеренного подпояса проходит по линии Смоленск — Москва — Нижний Новгород — -Уфа — Курган — Омск — Барнаул. Далее она уходит за южную границу России. Этот подпояс похож на соответствующий европейский, только здесь возможны засухи.

Разнице в погодных условиях соответствует и разница в урожаях. В зависимости от региона урожайность пшеницы в России — от 12 до 30 центнеров с гектара. В Европейском Союзе урожайность пшеницы 60-80 ц/га. Средняя урожайность картофеля в России: 150 ц/га — в разы ниже, чем в европейских странах, где она составляет 300-400 ц/га.

Ударом по сельскому хозяйству явится и снижение таможенных пошлин на импорт сельхоз-продукции, вроде бы и незначительное — около 5 процентов. Но по данным того же НИИ экономики и организации сельского хозяйства рентабельность сельскохозяйственного производства у нас в последние годы находится на уровне 9-11%, так что такое снижение цен приведет к потере почти половины прибыли. Это катастрофично. Для устойчивого развития и расширения производства в животноводстве и растениеводстве необходимо иметь рентабельность на уровне 30%.

С учётом всего сказанного можно утверждать: реализация соглашения с ВТО по сельскому хозяйству приведёт к массовому разорению сельхозпроизводителей, не выдержавших конкуренцию с импортом. Под угрозой сельское хозяйство на подавляющей: части территории России. Предвижу возражения: с чего бы это, ведь мало что изменяется. Подумайте всё же: разве могут не сказаться столь разительно неравные условия конкуренции на протяжении неограниченного времени и при непредсказуемых сюрпризах погоды. В Европе пошли на такие затраты, поняв, что без этого нестабильность природы рано, или поздно разорит фермеров. В России это происходит и без природных катаклизмов. Во многих ареалах картина сельхозугодий напоминает лоскутное одеяло, где островки успешных производителей окружены территориями запустения.

Нужно по примеру Европы увеличивать госпомощь — помогать хозяйствам в приобретении техники, семян, удобрений. Нужна программа возрождения сельского хозяйства. Если этому мешает ВТО со своими дискриминационными условиями, то зачем она нужна нам.

Таково своеобразное равенство в ВТО. Если богатые и успешные при вступлении имели высокий уровень субсидий, то они его сохранили. Кто этого не мог делать, тот такого права и не получит. Меморандум ВТО от 19 марта 2001г. постановляет, что национальные законы и регулирование стран подлежат отмене, если ВТО посчитает их более обременительными, чем необходимо. Хорош подарок для России: кто-то извне будет решать, что нам необходимо. США живут в других условиях: согласно нормам американского законодательства, все нормы ВТО, которые противоречат внутренним американским законам, не подлежат исполнению на территории США. Что позволено Юпитеру, не позволено быку.

Для иллюстрации того, как в системе ВТО разрешаются вопросы, приведу несколько примеров.

Вне рамок ВТО Россия договорилась с Европейскими автопризводителями о правилах промышленной сборки автомобилей на нашей территории, которые начали действовать с 1 июля 2011 года. По ним автопроизводители должны запустить производство мощностью 300 тыс. автомобилей в год и за восемь лет достигнуть уровня локализации (доли комплектующих Российского производства) в 60% в обмен на льготные (0 — 5%) таможенные пошлины на ввоз автокомпонентов до конца 2020 года. При заключении договора с ВТО нам это не разрешили, поскольку пошлины должны быть одинаковы для всех, а условие локализации ущемляет интересы тех, кто экспортирует автокомпоненты в Россию. В итоге Россия согласилась сократить срок действия таможенных льгот до 1 июля 2018 года. Но чтобы выполнить свои обязательства перед автоконцернами, согласившимися на условия промсборки, до окончания действия соглашений (2020 год) Россия будет компенсировать их затраты на уплату пошлин из бюджета — расходы могут составить $350 — б00 млн в год, Кроме того, Россия согласилась компенсировать европейским производителям возможное падение импорта автокомпонентов из-за высокого уровня локализации в рамках новой промсборки.

Другой пример. В 1989 году ЕС запретила обработку мяса гормонами роста и ввоз такого мяса на свою территорию, опасаясь за здоровье потребителей. В 1996 году США и Канада подали на ЕС в суд ВТО, аргументируя свой шаг тем, что вред гормонов еще не доказан. ВТО присудила ЕС к уплате штрафа за все годы запрета: по 117 миллионов американских долларов в год Соединенным Штатам и по 11 миллионов канадских долларов — Канаде.

Примечательно, что не обвиняющий обязан доказывать вину обвиняемого, а обвиняемый — свою невиновность. Например, ЕС запрещал одно время ввоз на свою территорию продуктов содержащих ГМО, после чего США подали на ЕС в суд ВТО. ЕС была обязана доказать, что ГМО вредны, а не США — что ГМО не вредны. Суд ВТО присудил ЕС к крупным штрафам. Вскоре Евросоюз сдался, разрешив ввоз ГМО.

Как уже говорилось, право ВТО стоит над законодательством государств — членов ВТО. Кроме пакета соглашений, подписываемых при вступлении в ВТО, обязательными для исполнения являются правила ВТО, разрабатываемые его постоянными органами. Для иллюстрации я далее привожу некоторые из требований, действующих в настоящее время. Информация взята из основательной работы по практике функционирования ВТО Александры Ждановской, размещённой на сайте журнала «Скепсис».

Государство не вправе регулировать уровень валютных расходов и не вправе предписать инвесторам, какую часть прибыли они должны инвестировать в этой стране, какую вывезти, а также какую часть продукции они могут вывезти из страны.

Государствам запрещено обязывать инвесторов использовать в процессе производств  продукты, произведенные в стране; или обязывать их принимать на работу население этой страны.

ВТО может запретить принятое в странах регулирование движения капитала и отменить запрет спекулятивных дериватов. Например, ЕС через ВТО потребовал от Таиланда отменить закон, запрещающий деятельность в Таиланде банков, расположенных в оффшорных зонах, где отмываются налоги.

В соответствии с главой ХХ ГАТТ, «ограничивающие торговлю меры по защите жизни и здо-ровья или невозобновляемых источников энергии можно принимать только тогда, когда они не являются дискриминацией и завуалированным ограничением международной торговли».

Каждая страна может быть обвинена перед судом ВТО. Если страна хочет, например, ввести ограничения на экспорт своих ресурсов, то она этим уже нарушает закон ВТО и правила свободной торговли. Посредством этого органа ВТО может заставить национальные правительства отменить федеральные и региональные правила и законы, касающиеся, в частности, защиты окружающей среды и социальных стандартов, что ВТО уже и делает. Некоторые правительства и концерны целенаправленно используют угрозу подать на страну в суд ВТО как оружие, чтобы блокировать регулирование в сфере охраны окружающей среды и здравоохранения.

ВТО не признает международно-признанное экологическое право превентивно запрещать что-то потенциально опасное (товар, вещество, продукт). Соглашение ГATТ ставит вне закона запрет импорта товара из экологических соображений. ВТО запрещает также маркировать продовольствие какими-либо этикетками, которые информируют потребителя о том, насколько экологически чистыми являются приобретаемые им продукты.

У частных и государственных компаний и у национальных и иностранных компаний должны быть равные права. Это, в частности, означает, что, если государственная больница, или школа получает финансирование от государства, то частные инвесторы могут тоже потребовать от государ-ства финансирование под предлогом нарушения конкуренции и нарушения их прав как инвесторов. Право людей на бесплатное лечение и образование в рамках ВТО не рассматривается. В бедных странах, несмотря на их членство в ВТО, зачастую свыше половины населения не может платить за школу, высшее образование, транспорт, воду и электричество, выплачивать взносы на медицинскую страховку и пенсию. Государства, по правилам ВТО, не могут, к примеру, потребовать от концернов подключить к водоснабжению или транспорту бедные районы, потому что «любое регулирование мешает рынку».

Россия не бедная страна, но существующее положение в промышленности и сельском хозяйстве не позволяет нам обеспечить себя средствами существования. Мы живём за счёт проедания невосполнимых природных ресурсов. Членство в ВТО создаёт условия, закрепляющие сырьевую структуру экономики. Модернизация промышленности и возрождение сельского хозяйства станут невозможными. В связи с исчерпанием природных ресурсов уже нынешнее поколение детей доживет до ситуации, когда нечего будет кушать. Их отцы, вдохновлённые зарубежными ценностями и заманчивым образом жизни, сумели всё промотать. Но, может быть, ещё не упущен момент, чтобы опомниться. Сейчас нужно исключить возможность попадания в ловушку ВТО. А затем можно менять вектор развития с тем, чтобы народ своим трудом обеспечил себе средства существования.

Таскаев Иван Гаврилович, г.Пермь

Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов. Все претензии направлять авторам.

Share

Оставьте отзыв

Вы должны войти для отправки комментария.

Кто такой сторонник КПРФ? Сторонник КПРФ – это человек, разделяющий идеи Коммунистической партии, небезразличный к тому, что сегодня происходит в России, интересующийся работой партии и готовый оказать посильную помощь. Что требуется от сторонника? Сторонник не имеет, каких либо обязательств перед партией, а потому каждый сам определяет степень своего участия. Кто-то ограничивается голосом на выборах различных […]

(далее ...)

Дорогие товарищи! Партия КПРФ, находясь на острие народного сопротивления грабительскому режиму, несёт в массы Правду о нынешней России, но, не имея достаточных средств, партия очень нуждается в вашей и моральной, и физической, и финансовой поддержке. Поддерживая КПРФ, вы помогаете делу спасения страны, а значит, и нашей республики, от засилья властвующих богатеев, разоблачению их подлой грабительской […]

(далее ...)

Как вступить в КПРФ Если Вы – совершеннолетний гражданин Российской Федерации, не состоите в другой партии, разделяете Программу КПРФ и признаёте её Устав, неравнодушны к судьбе нашей Родины и считаете капитализм несправедливым устройством общества, если Вы хотите бороться за коммунистические идеалы – Вы можете стать коммунистом!   Чтобы вступить в КПРФ, необходимо: Шаг 1. Связаться […]

(далее ...)