Сталин посетил Лондон всего раз, однако навсегда остался под впечатлением от увиденного и прочувствованного в этом великом городе. Лондон тоже его не забыл.
Иосиф Виссарионович Джугашвили прибыл в британскую столицу весной 1907 года, будучи делегатом V съезда РСДРП с совещательным голосом от тифлисской организации (отмечу, кстати, все важнейшие дореволюционные съезды партии – II, III, V — проводились именно здесь). Излишне подробно останавливаться на организационных моментах, обсуждавшихся вопросах, ходе и исходе заседаний – они достаточно полно освещены в специальной литературе. Куда интереснее пройтись по местам, так или иначе, связанным с моим героем.
Одни из многочисленных морских ворот Лондона — порт Харвич. Поскольку пассажир, прибывавший третьим классом, подвергался придирчивой проверке документов и должен был иметь при себе не менее двух фунтов стерлингов, пришлось покупать билет второго класса. Сошел уставший, измаянный судовой качкой (горец, он плохо переносил её)\1\.
Вокзал Виктории — «Виктори стейшн». Сюда ехал поездом, наскребя последние пенсы.
Рабочий район Ист-энд. Джугашвили, подобно другим делегатам, с помощью британских социалистов поселили в квартире единомышленников. Непозволительной роскошью оказалась даже самая дешевая гостиница. «Русскому гостю» постелили на отгороженной ширмой кушетке. У изголовья поставили колченогий столик. С хозяевами изъяснялся десятком записанных на бумажке фраз. Стеснялся, когда приглашали выпить чаю с традиционными оладями – «сконами». Поэтому старался возвращаться ближе к ночи.
Первые дни накрапывал дождик, и знакомство молодого революционера с Лениным состоялось в обычном месте встреч англичан, своего рода клубе по интересам — пабе Crown («Корона») на Cloudesley Road, 116. Оба не были любителями пива, поэтому лишь чуть прихлебывали из кружек. Зато увлеченно беседовали.
Заседания съезда проходили в Церкви Братства на Southgate road\2\. Присутствовало 342 делегата от 145 организаций. Обсуждалось, поныне остающиеся животрепещущим: Государственная Дума, профсоюзы, экономический кризис, массовые увольнения, безработица… Жаркая полемика разгорелась по вопросу о партизанских выступлениях и «эксах». В частности, упоминалось Прикамье, где действовали «лесные братья» Александра Лбова.
Денег у оргкомитета было столь мало, что «суточные» установили в размере четырёх шиллингов. Вскоре и эти скромные выплаты были ополовинены. Делегаты ходили полуголодными. Подкреплялись выдаваемыми перед заседаниями бутербродами.
Из стенограммы съезда: «2 шиллинга мало для Лондона. Люди голодают, резолюции машинально принимаются…»
Времени, как и денег, и – в обрез. Единственно куда сходили группой – на Хайгетское кладбище – к могиле Маркса.
Раз, перед сном, Джугашвили решил прогуляться по набережной Темзы, осмотреть достопримечательности. Дошел до доков. Тамошние рабочие-забастовщики приняли смуглого курчавоволосого мужчину за индийца-штрейкбрехера и, надавав подзатыльников, прогнали. Это был хороший урок, и Иосиф хорошо таковой запомнил, рассказывал о нём без обиды, даже с юмором. (Летом 2012 года я тоже посетил доки. Вернее всё, что от них осталось. Промышленные корпуса перестроены в жилые. О прошлом напоминают торчащие из стен огромные лебёдки да ведущие к реке шлюзы, у которых установлены огромные «тягловые» якоря, пароходные винты, цепи).
Итоги съезда осветщены в статье «Лондонский съезд российской социал-демократической рабочей партии (Записки делегата)» за подписью «Коба Иванович»\3\.
Пребывание в «туманном Альбионе» не только расширило кругозор и связи Джугашвили, оно отразилось и внутренне, и внешне. Горячий кавказец научится сдерживать эмоции, уподобится холодно-сдержанному джентельмену. Выучит азы английского языка (даже загнанный в глухую Курейку, он просит, чтобы через «Общество интеллектуальной помощи русским ссыльным» ему прислали «какие-нибудь английские газеты»). Впоследствии сложится и станет каноническим английский стиль вождя: никакой бороды, только аккуратно подстриженные усы, строгая причёска, френч, фуражка с матерчатым козырьком, сапоги трубка «Данхилл»\4\.
Незримое взаимовлияние Сталина и Лондона будет ощущаться и впредь. Взять хотя бы «Британское направление» международной политики и экономики. Сталин посвятит ему десятки своих работ – глубоко аналитичных, чуждых недооценки.
1925 год. ХIV съезд ВКП(б). Среди всего прочего генсек говорит о межимпериалистическом соперничестве, в котором «не освободившиеся от грубо колониальных методов английские лорды» борются за ресурсы, главным образом за нефть. И далее поныне сохраняющая актуальность констатация: «Нефть… является жизненным нервом борьбы мировых государств за переобладание как во время мира, так и во время войны»\5\.
Показателен диалог генсека и лорда-хранителя печати Соединённого Королевства Антони Идена, состоявшийся 29 марта 1935 года. Иден: «Англия – совсем маленький остров». Сталин: «Да, маленький остров, но от него многое зависит. Вот если бы этот маленький остров сказал Германии, не дам тебе ни денег, ни сырья, ни металла, мир в Европе был бы обеспечен». Можно ли яснее сказать о мощи, роли, значении державы?
22 июня 1941 года. Уинстон Черчилль выступил с речью «The Russian Danger is Therefore Our Danger» в поддержку СССР. Чётко и прагматично: враг моего врага – мой враг. Незримое присутствие Сталина отражает виденный мною бункер напротив Букингемского дворца (Churchill War Rooms) – картами фронтов, посланиями, портретами…
С началом Второй мировой войны между Кремлём и Даунинг-стрит возникнет обширнейшая переписка. Со страниц британских официозов польются здравицы «великому полководцу Сталину». «Я молюсь, чтобы Сталин был жив и здоров. Ведь только он может спасти мир» — заявлял премьер-министр Соединённого королевства Уинстон Черчилль. Он же: «Для России большое счастье, что в час ее страданий во главе ее стоит этот великий твердый полководец. Сталин является крупной и сильной личностью, соответствующей тем бурным временам, в которых ему приходится жить. Он является человеком неистощимого мужества и силы воли, простым человеком, непосредственным и даже резким в разговоре, что я, как человек, выросший в палате общин, не могу не оценить, в особенности, когда я могу в известной мере сказать это и о себе. Прежде всего, Сталин является человеком с тем спасительным чувством юмора, который имеет исключительное значение для всех людей и для всех наций, и в особенности для великих людей и для великих вождей. Сталин произвел на меня также впечатление человека, обладающего глубокой хладнокровной мудростью с полным отсутствием иллюзий какого-либо рода»\6\.
Август 1942 года. Черчилль прибыл с официальным визитом в Кремль. Спустя годы он вспоминал: «…Сталин, по-видимому, внезапно оценил стратегические преимущества операции «Торч». Он перечислил четыре основных довода в ее пользу. Во-первых, это нанесет Роммелю удар с тыла; во-вторых, это запугает Испанию; в-третьих, это вызовет борьбу между немцами и французами во Франции; в-четвертых, это поставит Италию под непосредственный удар. Это замечательное заявление произвело на меня глубокое впечатление. Оно показывало, что русский диктатор быстро и полностью овладел проблемой, которая до этого была новой для него. Очень немногие из живущих людей могли бы в несколько минут понять соображения, над которыми мы так настойчиво бились на протяжении ряда месяцев. Он все это оценил молниеносно». Но высадка в Северной Африке ни в коей мере не могла заменить второй фронт. Накануне неприятного разговора на эту тему Черчилля морально поддерживали слова английского посла в Москве Арчибальда Кларка Керра информировал премьер-министра: «Следует помнить, что он (Сталин) верит в Вашу добрую волю и, я думаю, готов принять от Вас больше, чем от кого-либо другого, даже такой тяжелый удар». Черчилль и по переписке со Сталиным мог судить о том, что это жесткий, логически мыслящий партнер, который умеет держать свое слово и требует того же от своих собеседников, тем более связанных с ним союзническими обязательствами. Итак: «Я сразу же начал с вопроса о втором фронте, заявив, что хочу говорить откровенно и хотел бы, чтобы Сталин тоже проявил такую откровенность». Ход Черчилля был оправдан. «Будучи сам закоренелым реалистом, Сталин особенно ценил в других людях именно реализм». Английский гость мобилизовал все свое красноречие, чтобы убедить советского руководителя в том, что союзники не имеют материальных возможностей открыть второй фронт в согласованные сроки. Тщетно. «Наступило гнетущее молчание. В конце концов Сталин сказал, что не согласен с моими доводами». И добавил – почему: «…Отказ Правительства Великобритании от создания второго фронта в 1942 г. в Европе наносит моральный удар всей советской общественности, рассчитывающей на создание второго фронта, осложняет положение Красной Армии на фронте и наносит ущерб планам Советского Командования». Премьер-министр был глубоко прав, когда, по возвращению в Лондон, адресуясь к членам палаты общин, говорил о том, что подлинное военное товарищество могут доказать «дела, а не слова». Именно отсутствие «дела» было самым слабым местом партнеров Сталина по «Большой тройке». Черчилль излучал оптимизм: «…Между Британской империей, Соединенными Штатами и Советским Союзом Гитлер выковал такой союз и содружество, которые достаточно сильны для того, чтобы повергнуть Гитлера на землю, и достаточно прочны, чтобы существовать до тех пор, пока не будут наказаны его злодеяния, и до тех пор, пока не будет ликвидирована хотя бы часть причиненного им зла». Премьер, наверняка и сам верил, что «победа не только будет завоевана, но и поставлена на непоколебимые основы».
Десятилетия «Холодной войны». «Фултонская» речь Черчилля. Хрущевские разоблачения «культа личности». Но и тогда белоэмигрант Борис Анреп, выложивший в фойе Лондонской национальной картинной галереи мозаичное панно «Защита» изобразил противостояние предельно конкретного Черчилля и рептилеподобного «мирового зла».
1964 год. В прославленном музее мадам Тюссо убирают восковую фигуру Сталина после 32 лет присутствия (своего рода рекорд). На вопрос – почему? — менеджер компании «Тюссо Групп» Нэнси МакГров ответила: «Он утратил свою актуальность. Иначе говоря, стал новому поколению посетителей попросту неинтересен».
Руководствуясь демократическими убеждениями, ваял свою скульптурную композицию «Союзники» Лоуренс Холофнер. Я почти полдня провёл возле неё на лондонской Бонд-стрит. По краям обычной скамьи восседают улыбающиеся Черчилль и Рузвельт. Пустующее в середине пространство занимают туристы. Позируя перед фотообъективами, хохочут, обнимают и целуют «соседей», похлопывают их по щекам… Спросил одну развязную девицу: «Знает ли Вы, мисс, что место в середине, на котором Вы сидели, принадлежит Джозефу Сталину?». Та, ошарашено указав на Черчилля, ответила: «Этому?!». То есть не утрата актуальности сказывается, а элементарная малограмотность западной молодёжи. Среди туристов утвердилось своего рода поверье: если потереть рукой колено Черчилля — это к счастью. Впрочем, натирают все места. Вандалы обломили знаменитую черчиллевскую сигару. Подумалось: может и к лучшему, что вместо «большой тройки» унижению подвергается «сладкая парочка». Что в противовес данному Холофнером названию среди людей знающих утвердилось иное — «В ожидании Сталина».
Имя Сталина на устах британских левых, в первую очередь, коммунистов. Да, они путаники в теории, далеко не всегда последовательны в тактике и выборе союзников, но, по крайней мере, они мыслят, действуют, протестуют против системы социального неравенства, грабительской эксплуатации, массового оболванивания. Много нового узнал, и многое конкретизировал, пообщавшись со Стивом Куком и другими активистами активистами КПВБ, почитав по-прежнему выходящие газеты «Монинг стар» и «Пролетариан».
Затяжной кризис – суровая реальность. Промышленное производство в некогда ведущих отраслях свернуто. Шахтер, металлург, судостроитель, ткач, как и у нас профессии вымирающие. Проезжая Бирмингем, своими глазами видел: фабрики перестраивают в офисно-торгово-развлекательные центры. То же самое – в Манчестере. На первый взгляд процветающим показался Ливерпуль. Город прямо-таки пронизан «битломанией». Более того – кормится с неё. И давным-давно остановленные верфи. И опустевший порт. Краны с застывшими в праздности стрелами. Не выдерживая конкуренции, закрываются многие магазины, торгово-логистические и сервисные центры. То и дело попадаются пустые витрины с надписями «Сдаётся в аренду». Поскольку по пути, периодически заглядывал в мебельный салон на лондонской Хай-стрит, подлежащий скорому закрытию. Цены падали каждый день, а товар всё равно рассасывался кое-как. Разговорился с продавцами. Оказалось – на выходное пособие себе наторговывают. А потом куда? – спрашиваю. Парни неопределённо пожимают плечами. Подыскиваем. Пока безуспешно.
Продолжает расти безработица. Среди белых англичан в возрасте 24 – 35 лет за последние четыре года она увеличилась на пять с лишним процентов – с 15 до 21. Среди «цветных» той же возрастной категории — аж в два раза и превысила 50 процентов, сообщила 10 марта вполне благонамеренная газета «The Telegraph» со ссылкой на Управление национальной статистики Великобритании. Молодежь идет на биржу труда прямо со школьной скамьи. И, получая крошечное пособие, годами ждёт подходящих вакансий. Среди всего прочего, перспективу высвобождения кадровых ниш для неё закрывает готовящееся повышение возраста выхода на пенсию (сейчас – с 65-ти). Объектив моего фотоаппарата запечатлел корпус пустующего завода, на стене которого огромными буквами призыв: «Остановить пенсионный грабёж! 68 – это слишком поздно!» Чую, и нас подобное ждёт, причём в ещё более жёстком виде.
Здесь лучше, чем где-либо понимаешь иллюзорность лозунгов о построении «народного капитализма», «общества равных возможностей и всеобщего процветания». И, напротив, верность марксистско-ленинского анализа империалистической стадии развития мира. Крушение соцлагеря, среди всего прочего, сказалось наступлением властей и работодателей на социальные завоевания трудящихся.
Всё, в том числе, феномены Сталина и сталинизма познаётся в сравнении. Взять многочисленные английские памятники, экспонаты, названия улиц и площадей. В Британском музее соседствуют бюсты Карла I и казнившего его Оливера Кромвеля. Суровы, надменны, напрочь лишены сомнений и нравственных терзаний лица генералов, устраивавших грандиозные голодоморы, проливших реки крови – ирландцев и индийцев, буров и зулусов… Опять таки Кромвель, Лоуренс, Клайв, Китченер… Пусть где-то их считают палачами. Только не здесь! Содеянное ими – во имя мощи и величия Империи, её наследников, презирающих «джонов не помнящих родства». Империя умерла. Да здравствует Империя! Прошлое предстаёт без ханжеского мазохизма, свойственного нашим доморощенным обличителям «Советской империи зла». Беру на себя смелость от лица ещё не впавших в беспамятство соотечественников выразить благодарность за науку!
Имя Сталина поминают и всуе. В основном сравнивая с ним других лидеров – давних и современных (чаще, разумеется, в негативном смысле). Убедился в том просматривая британские прессу, телевидение, интернет-сайты. Позабавил ажиотаж вокруг «подлинной посмертной маски» Сталина, выставленной недавно на аукцион и тут же купленной за солидную цену. Не далее чем за месяц до того я видел аналогичную в экспозиции Горийского музея. Тиражируют как мощи святых! И так же используют!
Закончить хочу поэтическими строками, родившимися у меня на британской земле.
О Сталине снова — словно цунами:
И мед славословий, и яростный вой…
Значит Сталин, по-прежнему, с нами.
Значит Сталин, как прежде, живой.
_____________________________________________________
1.Первоначально планировалось, что съезд состоится в Копенгагене, куда делегаты прибыли в апреле 1907. Однако датское правительство запретило проведение съезда. Попытка перенести съезд в Швецию или Норвегию также не увенчалась успехом. Тогда выбор пал на Лондон. 300 фунтов стерлингов (1 фунт равнялся 10 рублям) было получено от ЦК Социал-демократической партии Германии, а 1700 — от английского промышленника Иосифа Фелса.
2.Событие изобразил в 1947 году художник Иосиф Серебряный.
3. См. Сталин И.В. Собр. Соч. Т.2.- М. Огиз.1946. С.46-77.
4. Подобным образом одевались британские офицеры). Тип человека с упомянутой трубкой поныне позиционируется как элитарный: «Без сомнения, бренд Dunhill олицетворяет собой определенный мир, героем которого становится разносторонний в своих интересах представитель высшего класса гораздо красноречивее, чем пафосные россыпи бриллиантов на изделиях других марок».
5. Сталин И.В. Указ. соч. Т.7. С.278.
6. http://www.lebed.com/2005/art4186.htm А вот о «стоянии Черчиля перед Сталиным навытяжку», «сохе и атомной бомбе» — мифологемы. Типичный образчик комплиментарного в отношении советского лидера издания – газета «Британский союзник» на русском языке, подшивка которой имелась (причём, в открытом доступе) даже в библиотеках «закрытого» города Перми.
Аркадий Константинов, член Союза журналистов РФ, канд. ист. наук
Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов. Все претензии направлять авторам.
Отзывы
Товарищи!Просим Вас в ближайшие дни (1–9 июля) присоединиться к массовой общественной акции против ВТО:направить самим –а также попросить это сделать всех родственников, друзей и знакомых, а также отправить от имени тех, кто сам это сделать по каким-то причинам не может, но хотел бы, ¬– телеграмму в адрес руководителя фракции «Единой России» в Государственной думе(это единственная фракция, поддерживающая вступление России в ВТО)Андрея Воробьева – следующего содержания:
103265, МОСКВА, ОХОТНЫЙ РЯД, ДОМ 1, ГОСУДАРСТВЕННАЯ ДУМА РФРУКОВОДИТЕЛЮ ФРАКЦИИ ЕР, ДЕПУТАТУ ГОСДУМЫ ВОРОБЬЕВУ А.Ю.
ГОСПОДИН ВОРОБЬЕВ! Я КАК ГРАЖДАНИН РФ И ИЗБИРАТЕЛЬ НАКАЗЫВАЮ ВАМ И ФРАКЦИИ ЕР ПРОГОЛОСОВАТЬ ПРОТИВ РАТИФИКАЦИИ ПРОТОКОЛА О ПРИСОЕДИНЕНИИ РОССИИ К ВТО.
Не удивительно, что европейцы спокойно относятся к своим историческим лидерам и диктаторам. Нас от них отделяет, как минимум, две эпохи. Поэтому не стоит требовать от российского обывателя сдержанного восприятия Сталина. Ленина и др. Слишком все это близко и потому воспринимается очень эмоционально. Кроме того, мы только начинаем жить в новом политическом мышлении и надо время (как раз те самые две эпохи) чтобы научиться реально толерантно мыслить. Спасибо за новый взгляд на Сталина. О его заграничных поездках мне информация раньше не попадалась. Сталин показан как нормальный человек, способный менять себя и способный учиться управлять страной в реалиях военного времени.