Последние события нашей общественно-политической жизни — выборы региональных органов власти (в частности, московского мэра) и навязанная правительством «реформа» РАН, сводящая к минимуму её «академические свободы», — убедили в неотложности осмысления масштабного социологического исследования «О чём мечтают россияне» (научный руководитель — академик РАН М.К. Горшков). Оно было проведено в 2012 году Институтом социологии Российской академии наук (ИС РАН) в сотрудничестве с представительством Фонда имени Фридриха Эберта в Российской Федерации.
Эта интересная работа академического коллектива в научном отношении является продолжением опубликованного годом ранее фундаментального исследования «Двадцать лет реформ глазами россиян». С его результатами «Правда» подробно знакомила своих читателей в четырёх достаточно обстоятельных статьях. Интерпретация социологических данных у коммунистической газеты, конечно, часто не совпадала с их трактовкой учёными ИС РАН: она отличалась настолько, насколько марксизм-ленинизм отличается от модного в нынешней России либерализма. Но «Правда» неизменно отмечала научную добросовестность учёных и не ставила под сомнение приводимые ими эмпирические результаты. Как бы то ни было, «Двадцать лет реформ глазами россиян» на многие годы останутся визитной карточкой социологов РАН: работа получила мировое признание учёных, а в России стала не только крупным научным, но и общественным событием.
Однако в современной РФ невозможно уклониться от беспощадной диктатуры капитала даже признанному творческому коллективу. Тем более что социология, как и любая другая отрасль обществознания, не может не задевать интересов тех, в чьих руках командные высоты в политике и экономике страны. Не случайно же частные социологические службы так услужливо выполняли функции доверенных лиц некоторых кандидатов на выборах мэра столицы: одни настойчиво убеждали в устойчивой популярности кремлёвского ставленника, другие — в растущей не по дням, а по часам любви к другому говорливому ставленнику крупного капитала, заматеревшему в «ельцинскую» пору.
При чём тут исследование «О чём мечтают россияне»? Во-первых, оно даёт серьёзный социологический материал, помогающий лучше понять происходящие общественно-политические процессы, которые 8 сентября трансформировались, в частности, в московские электоральные показатели. Во-вторых, в этом исследовании есть наглядная демонстрация, как ещё до позорного решения Государственной думы, узаконившего разрушительную реформу РАН, капиталистическая власть забирала в ежовые рукавицы науку не только финансово, но и как исследовательский, содержательный, аналитический процесс, как ставила аналитиков, стремившихся до этого сохранять научную добросовестность, в положение кремлёвской обслуги.
Купили индульгенцию?
В работе «О чём мечтают россияне» наиболее наглядно результаты воздействия правящего режима (его основой является нынешнее буржуазное государство во главе с президентом В.В. Путиным) проявились в заложенном в программу социологического исследования сопоставлении оценок респондентами разных эпох российской истории. Оказалось, что социологи после усердных трудов пришли к выводу: «В 2012 году уже почти треть респондентов присоединились к мнению о том, что «русская мечта» наиболее полно воплотилась в современный период истории России — в «эпоху Путина».
В работе приводится рисунок, призванный дать ответ на вопрос: «Какой период в истории России в наибольшей степени соответствует идеалам россиян, их представлениям о том, какой должна быть Россия?» Его завершают две линии одинаковой величины — в 32%. Против одной их них значится: «Ни один из них», то есть респонденты не отдали предпочтения ни одной эпохе. Под другой — чёрным по белому торжественно указано: «Современный период жизни России, «путинская» эпоха». Идущие по предпочтениям опрошенных на следующем месте «Последние десятилетия советской власти (эпоха развитого социализма)» получили в 2,3 раза меньше голосов (14%). Да-а, страна почти достигла идеала и находится чуть ли не на пике мечты россиян. У-ух!
Только тут и великий Станиславский не требуется, чтобы сказать: «Не верю!» К этому выводу лучше всего побуждают сами авторы социологического исследования. Они всего за полгода до научного доклада «О чём мечтают россияне» представили обществу то самое знаменитое исследование «Двадцать лет реформ глазами россиян». В нём социологи утверждали: ситуацию в стране в 2011 году считали «нормальной» 23% опрошенных, тогда как оценивали её как «кризисную» или «катастрофическую» 69% россиян. А через полгода практически треть сограждан вдруг сочла, что она живёт в стране своей мечты? Кто таким данным поверит?
Всего за полгода до утверждения, что «русская мечта» наиболее полно воплотилась в современный период истории России — в «эпоху Путина», социологи установили, что 38% иногда чувствуют желание «перестрелять всех взяточников и спекулянтов, из-за которых жизнь в стране стала такой, какова она сейчас», а к 34% россиян это желание приходит часто. И в это можно поверить, потому что, по данным знаменитого исследования ИС РАН, у соотечественников наибольшую тревогу вызывали кризис системы ЖКХ (57% респондентов), низкий уровень жизни большинства населения страны (50%), сокращение доступа к бесплатному образованию и медицинскому обслуживанию (45%), коррупция, засилье бюрократии (44%)…
Если «путинская эпоха», по утверждениям социологов, получает такую высокую оценку россиян образца 2012 года, то едва ли они могут уважительно относиться к политикам советской эпохи. И в работе «О чём мечтают россияне» читаем: «Советские же лидеры в этом контексте вообще не идут ни в какое сравнение» (выделено социологами. — В.Т.), и называются В.И. Ленин (10%), И.В. Сталин (9%), Л.И. Брежнев (4%)… Не будем приводить данные хорошо запомнившегося обществу многодневного телевизионного опроса «Имя Россия», когда, несмотря на все фокусы его организаторов, и Ленин, и Сталин вошли в число «лидеров общественного мнения». Сошлёмся на данные не 2011-го, а 2013 года, совсем свеженькие. В опросе либерального исторического журнала «Дилетант» И.В. Сталин занял 2-е место, между Петром I и Екатериной II. А вот данные другого исследования. В конце мая 2013 года в общероссийском опросе Левада-центра Сталин получил 49% голосов респондентов, а Брежневу, занявшему первое место, отдали свои предпочтения 53% участников опроса.
Итак, кажется, впервые ИС РАН поставил под сомнение эмпирические данные собственного исследования. Вероятно, социологи решили, что таким способом они покупают у власти индульгенцию. Может, они выбрали (с точки зрения не гражданственности, не нравственности, а науки) даже подходящий способ: ведь приведённые здесь сравнения способен выполнить любой грамотный читатель. Значит, научную труху он не спутает с качественным зерном. Спасибо.
На этом разговор о трухе закончим. Но он позволяет увидеть: проводимая правительством с ведома Кремля «реформа» РАН ещё до своего обнародования начала давать негодные плоды, подталкивать учёных, стремившихся сохранять до этого доброе научное имя, к опошлению науки, к циничному лукавству, к заурядной фальсификации.
А теперь обратимся к тем социологическим данным исследования «О чём мечтают россияне», которые заслуживают доверия. Но, как и в предыдущих подобных публикациях «Правды», будем давать эмпирическому материалу своё толкование, опираясь на диалектико-материалистическую методологию.
Главная мечта — о социальной справедливости
Исследование современной мечты россиян проводилось ИС РАН уже после выборов Государственной думы РФ в декабре 2011 года и президента в марте 2012 года. Значит, учёные не могли не обратить внимания на появление того общественно-политического явления, которое часто называют Болотной, ибо это явление не однодневка.
Либералы весьма дружно толкуют эту новинку политического сезона почти по Маяковскому: «Мы говорим: «Болотная» — подразумеваем: Навальный, Мы говорим: «Навальный» — подразумеваем: Болотная». Трактовка соответствует их политическим и классовым интересам. Сам же Навальный свою классовую позицию так старательно прячет, словно это то ли та «военная тайна», которую надо беречь до последнего вздоха, то ли краденый амулет, который после обнаружения наверняка потеряет свою «волшебную силу». Но сию «тайну» вслед за коммунистами легко раскрыл в ходе предвыборных дискуссий Г. Явлинский:
А. Навальный шёл на выборы ставленником крупного российского капитала — той его части, которая обрела свою компрадорскую мощь в «ельцинские» «подлые 90-е» и сейчас ведёт отчаянную борьбу за своё сохранение от теснящего её такого же олигархического и такого же компрадорского капитала, но теперь уже «путинской» популяции.
Нас исследование «О чём мечтают россияне» потому и интересует, что оно помогает понять, какие изменения происходят в социальной базе и движущих силах разных политических направлений сегодняшней России. Попытаемся первым делом выяснить, обнаружили ли социологи изменения в настроениях той части общества, которая объективно — в силу её социальных интересов — является потенциальной массовой опорой Коммунистической партии.
В 2011 году при подведении последствий 20 лет «реформ» исследователи ИС РАН отмечали, с одной стороны, что «более половины россиян в настоящее время вообще не придерживаются каких-то определённых идейных позиций либо пытаются сочетать элементы самых разных социально-политических доктрин, избегая при этом слишком «крайних» точек зрения». С другой стороны, «среди людей, идентифицирующих себя с каким-то определённым идейным течением, социалистических убеждений придерживается каждый второй. При этом общая доля «социалистов» в российском идейно-политическом спектре примерно в 3 раза превышает долю как либералов, так и националистов, исходящих из веры в уникальность русского пути развития» (выделено в научном отчёте «Двадцать лет реформ глазами россиян». — В.Т.).
Там же были приведены данные о том, как менялось распределение ответов россиян при выборе между «обществом индивидуальной свободы» (капитализмом) и «обществом социального равенства» (социализмом) в годы реставрации капитализма.
Учёные ИС РАН отмечали, что «картина распределения ответов россиян в этом вопросе достаточно устойчива. Среди определившихся с ответом доля сторонников общества социального равенства (социализма. — В.Т.) стабильно составляет более двух третей населения, а за последний год произошёл её рост с 67% до 73%».
Однако в декабре 2011 года Россия узнала о существовании в столице Болотной площади (при этом либеральные СМИ уже тогда отмечали присутствие на ней А. Навального). Не будем ставить под сомнение факт, что с Болотной было связано некое перегруппирование идеологического и политического пространства. Но для нас-то существенно: обнаружились ли изменения в массовом отношении к социалистическим ценностям в российском обществе после появления «идеологической Болотной»? Работа 2012 года «О чём мечтают россияне» помогает ответить на этот вопрос.
Прежде всего обратимся к динамике доли выбирающих «общество индивидуальной свободы» и «общество социального равенства». Вот как оценили её в новой работе социологи ИС РАН: «Картина распределения ответов россиян в последние годы в этом вопросе оставалась достаточно стабильной. Данные за более ранние годы (1998, 2001) также свидетельствуют об устойчивом разделении россиян по этому вопросу на две неравные группы: доля сторонников общества социального равенства стабильно составляет около двух третей населения, в то время как общество индивидуальной свободы поддерживает только треть» (здесь и далее выделения курсивом содержатся в докладе «О чём мечтают россияне». — В.Т.). К этому учёные добавляют: «За последние полтора десятилетия в несколько раз (2,5) снизилась доля россиян, поддерживающих либеральную модель социальной защиты, при которой государство обеспечивает только нетрудоспособных (с 31% в 1996 году до 13% в 2012 году)».
В научном докладе, посвящённом «русской мечте», признаётся: «Важным негативным индикатором является тот факт, что в настоящее время подавляющее большинство наших сограждан называют существующие различия в доходах слишком большими (83%), две трети россиян считают сложившуюся систему распределения частной собственности в России несправедливой и столько же граждан полагают, что люди не получают достойного вознаграждения за свои навыки, способности и квалификацию. При этом более половины россиян (54%) отмечают, что последнее утверждение относится и к ним лично».
Для нас очень важен вывод исследователей ИС РАН: «Идея справедливости всегда была одной из ключевых в российской социокультурной модели. Как показывают данные проведённого исследования, справедливость и в пореформенной России занимает важное место в мечтах населения о будущем страны. При выборе лозунгов, которые в наибольшей степени выражали бы личную мечту россиян об этом будущем, основную поддержку получили: социальная справедливость, равные права для всех, сильное государство, заботящееся о своих гражданах». Примечательно, что социологи обратили внимание на сохранившееся у большинства соотечественников одно сугубо социалистическое качество: «Оценивая текущую ситуацию с точки зрения её справедливости или несправедливости, россияне руководствуются скорее представлениями о должном, справедливом для общества, нежели своими личными интересами».
Итак, новое серьёзное в целом исследование академического института подтвердило: социальная база Коммунистической партии остаётся стабильной, появление Болотной не привело к какому-либо её сжатию. Что касается превращения социальной базы в электоральную, то этот процесс зависит в решающей степени от работы самой партии.
Природа Коммунистической партии такова, что она является классовой партией трудящихся, заинтересованных в социальной справедливости, устремлённой к социальному равенству, она оправдывает своё существование тем, что каждодневно борется (должна бороться, как постоянно наказывали К. Маркс и Ф. Энгельс, В.И. Ленин и И.В. Сталин) за интересы рабочего класса и его стратегических союзников. Что касается степени выполнения этих наказов, то, во-первых, она не изучалась социологами ИС РАН, во-вторых, ответ на этот вопрос невозможно получить опросом россиян, поражённых буржуазными иллюзиями, его может дать только сама Коммунистическая партия.
«Партия Интернета» и партия капитала
Итак, электоральный расклад сил не совпадает с их социальным раскладом, более того, сентябрьское голосование слабо отражает социальные мечтания населения страны. С точки зрения Коммунистической партии такая ситуация имеет как плюсы, так и минусы. В самом деле, если социалистические настроения сограждан, демонстрируемые во время социологических опросов, замыкаются пока в основном «кухонным пространством», то впереди у партии — при резком усилении её организационной и идеологической работы! — очень привлекательные перспективы.
Второй бесспорный плюс для партии в том, что результаты сентябрьских выборов в Москве дают возможность осуществить их глубокий технологический разбор. Какие приёмы и как использовались в избирательной кампании для установления тесной связи партии с рабочими и другими трудовыми коллективами? Какой идеологический инструментарий оказался наиболее эффективным в работе с разными категориями населения при решении стратегической задачи партии — внесении социалистического сознания в массы наёмных работников физического и умственного труда? Подобных вопросов, ждущих ответа, много. Их поиск — внутреннее дело партии. И она им, конечно же, занимается, придавая политическое осмысление технологическим вопросам, твёрдо опираясь на марксистско-ленинские принципы подобного анализа.
Что касается сугубо политических вопросов, то для Коммунистической партии одним из них оказался сейчас вопрос о социальном составе и социальных ориентирах электората Навального. Либералы, конечно же, уверяют, что за нового политика голосовала Болотная во всех её проявлениях, во всём её масштабе. Тогда придётся решить не менее сложный вопрос: Болотная, как и её кандидат А. Навальный, является выразителем интересов крупного капитала? Или они оказались только временными (может быть, даже только разовыми) попутчиками? В поисках ответа на этот вопрос нам, думается, может помочь социологическое исследование «О чём мечтают россияне».
Дело в том, что учёные ИС РАН, обратив внимание на «выборный сезон» 2011/12 года в России, особо отметили, что он «не только пробудил протестное движение, но и обострил актуальность вопроса о ценностно-идейном единстве российского общества». По утверждению социологов, «в настоящее время размежевание в нём приобрело совершенно иную конфигурацию, чем это было 10—15 лет назад. Например, появились существенные различия в восприятии окружающей действительности различными группами населения, которых ещё недавно не могло быть».
К такому несколько туманному выводу их привёл ответ на ими же предложенную респондентам дилемму: «свобода — смысл жизни» или «главное — это материальное благополучие». Причём эта дилемма рассматривалась в зависимости от включённости респондентов в интернет-технологии. Были получены следующие данные.
Само по себе подобное противопоставление достаточно экзотическое: когда речь заходит о массовом сознании, то позицию «Свобода — то, без чего жизнь человека теряет смысл» выбирает, как правило, тот, у кого в этой жизни есть более-менее надёжные средства существования. Едва ли такой вопрос может выглядеть естественным в ситуации, когда 38% респондентов жалуются на плохое материальное положение. Но такие вопросы могут задаваться только тогда, когда исследователи уже сформировали в своём сознании образ какой-то группы и теперь проверяют, насколько верна их гипотеза.
Так случилось и с этим экзотическим противопоставлением. Выяснилось, что под основной «группой населения, которой ещё недавно не могло быть» и для 49% которой (то есть для каждого второго) «свобода — то, без чего жизнь человека теряет смысл», социологи понимали то, что в СМИ чаще всего называют Болотной. Примечательно, что учёные совсем не воспринимают её как «продолжение партии крупного капитала». Тогда политически и идеологически она заметно отличается от Навального. Правда, исследователи ИС РАН не нашли социально-экономических признаков, которые объединяли бы её в устойчивую социальную общность. Но они обратили внимание на то, какими инструментами формируется её общественное сознание: «Речь идёт о появлении двух условных партий: «партии Интернета» и «партии телевидения». Гипотеза о наличии этих партий активистского меньшинства и традиционалистского большинства в настоящем исследовании получила эмпирическое подтверждение».
Получив его, исследователи обращают внимание на то, что «Интернет, а скорее даже социальные сети являются на сегодняшний день наиболее эффективным механизмом массовой мобилизации и во многом единственным (?) реально действующим инструментом горизонтальных связей в социуме. Кроме того, очевидным является тот факт, что пользователи Интернета в гораздо большей степени осведомлены как о внутри-, так и о внешнеполитической обстановке, мыслят гораздо более критически, в большей степени склонны не только самостоятельно (?) выбирать информационный продукт для себя, но и специфику его аналитического преподнесения».
Завершающим штрихом портрета новой «партии» стало утверждение социологов (возможно, они опираются на какие-то эмпирические данные, которые не приведены в научном докладе) о том, что «активные пользователи Интернета настроены гораздо либеральнее тех, кто пользуется им редко или не пользуется вовсе. Различие во взглядах тех, кто пользуется Интернетом, и тех, кто делает это крайне нерегулярно или вообще не делает, проявилось и в блоке вопросов, касающихся ценностей свободы и демократии. Активные интернет-пользователи заметно чаще отдают предпочтение политическим правам и свободам, чем те, кто им не пользуется».
Если «партия Интернета» в основном совпадает с Болотной — она социально далека от крупного капитала, и её основу, по мнению многих политиков и аналитиков, составляет «офисный планктон» («конторский пролетариат», по определению классиков марксизма-ленинизма), — то это потенциально тоже часть (периферийная) социальной базы Коммунистической партии. Реально она станет таковой тогда, когда увидит мощь коммунистов, твёрдо опирающихся на рабочий класс.
Общество становится левее и радикальнее
Когда во время московской избирательной кампании коммунисты шли к рабочим, то они получали ясное подтверждение, что рабочий класс — самая надёжная опора Коммунистической партии. Во время встречи первого заместителя Председателя ЦК КПРФ, кандидата в мэры Москвы И.И. Мельникова на инструментальном заводе состоялся товарищеский разговор с рабочим коллективом. По завершении встречи рабочие попросили у коммуниста агитационные материалы. На следующий день все они были вывешены в цехах предприятия. Кто-то скажет: исключительный случай. Не более редкий, чем встречи с рабочими. А самыми тёплыми и самыми деловыми в плане общения кандидата КПРФ с избирателями были именно встречи в рабочих цехах.
Однако, как отмечается в партийных документах, для электорального успеха необходима не только ежедневная кропотливая работа среди рабочих, деловое общение требуется со всеми группами трудящихся. И это тоже верно: в стране наёмные работники разных видов физического и умственного труда составляют 78% занятого населения. Чтобы найти к ним надёжную постоянную дорожку, надо знать их настроения. Поэтому вновь обратимся к исследованию ИС РАН «О чём мечтают россияне».
Начнём с главного политического вопроса — о демократии, то есть о режиме функционирования власти. Этой теме в работе социологов посвящена целая глава с примечательным названием: «Российская демократия в мечтах и действительности».
Учёные убедительно показали, что сегодня отстаёт тот, кто продолжает считать, что буржуазная модель демократии по-прежнему поддерживается большинством российского общества. Ничего подобного! Распространённые в конце 1980-х — начале 1990-х годов «розовые» мечты части россиян о процветающем «демократическом обществе», основанном на частной собственности, наткнулись на такую социально-экономическую и общественно-политическую реальность, что иллюзии быстро рассеялись. Исследователи даже утверждают, что «запрос на демократию был краткосрочным». Респондентам задавали вопрос: «Как вы полагаете, оправдались ли надежды, мечты россиян на установление в стране демократического строя?» На него положительно ответили лишь 26% наших граждан. При этом, как установили социологи, мнения заметно различаются в зависимости от материального положения. Среди тех, у кого оно «хорошее», 37% считают, что в России демократия состоялась. Но уже среди лиц с «удовлетворительным материальным положением» такого мнения придерживаются 24%. Среди тех же, чьё материальное положение «плохое», считают надежды на установление в стране демократического строя оправдавшимися только 20%.
При этом обнаружилось, что у россиян успешно вырабатывается классовый подход к оценке важнейших общественных явлений. Они, «в отличие от многих отечественных и зарубежных экспертов, первопричину замедления движения России к демократии, — указывают учёные, — видят не в косности, инертности, неготовности общества к ней, а в выборе российского правящего класса, который предпочёл демократии собственность и власть. Так считают 65% россиян. Существенно меньше тех, кто основную вину возлагает на само общество (27%). На общем фоне выделяются лишь сторонники М. Прохорова, более трети которых вину за несбывшиеся мечты о демократии возложили на общество».
Социологи ИС РАН, опираясь на результаты исследования, считают, что «в настоящий период россияне имеют если не мечту, то вполне отчётливо выраженное представление о том, что есть общественное благо и какой должна быть модель демократии, чтобы её реализовать практически». Они замечают: «На прямой вопрос: «Какая идея, лозунг в наибольшей степени выражают мечту о будущем России?» — две первые позиции заняли «социальная справедливость, равные права для всех, сильное государство, заботящееся о своих гражданах» и «права человека, демократия, свобода самовыражения личности».
Принципиальное значение имеет то, что представления о содержании демократии имеют тоже классовый характер. Правящие слои и либеральная оппозиция, отмечается в научном докладе, ограничивают демократию «лишь сферой политики и выборных процедур, тогда как у наших сограждан более широкий взгляд на желаемую модель демократии. В их представлениях демократия — это прежде всего не имитационные, а работающие институты, эффективность которых должна определяться динамикой уровня и качества жизни, социальной защищённостью граждан, масштабами коррупции и т.п.» (выделено в тексте доклада. — В.Т.).
Большинство наших сограждан увязывают демократию с надеждой на установление такого социального порядка, который бы обеспечил реализацию социальных и экономических прав граждан. Вот как распределились ответы на вопрос: «Что привлекает в демократии представителей разных страт россиян?».
Материалы исследования, посвящённого русской мечте, позволяют утверждать, что сегодня жизнь вновь вносит изменения в представления трудящихся о демократии. «Подлые 90-е» ускорили отторжение буржуазных представлений о демократии трудящимся большинством России и наполнение её социальным содержанием (этому способствовала также живая память о советской демократии, включавшей гарантии социальных прав граждан СССР). Модель буржуазной, имитационной демократии всё более вытеснялась утверждением представлений о работающем народовластии.
Сегодня представления о демократии претерпевают ещё одну существенную трансформацию: в сознании россиян всё чаще основная социальная составляющая демократии дополняется нормами активной борьбы трудящихся за свои права и интересы. Социологи установили, что чаще других о необходимости бороться за свои права говорят россияне в возрасте 16—25 лет, но и среди представителей средних и старших возрастных групп большинство тоже готово к борьбе за свои права. А вот распространённое мнение о том, что «социальная боевитость» присуща в основном жителям мегаполисов, не подтвердилось. Опрос выявил: «её уровень здесь даже ниже, чем в других типах поселений, включая село, райцентры и малые города, хотя в открытых формах эта готовность в российской провинции пока никак не проявлялась».
Учёные ИС РАН утверждают: «Многих наших сограждан сегодня уже не смущает тот факт, что жёсткие требования, выдвигаемые различными социальными группами правительству, могут нарушить общественную стабильность. Практически в два раза (с 61% до 32%) сократилась доля тех, кто согласен, что нужно быть умеренными при выдвижении требований к власти».
Такой сдвиг в массовых настроениях, конечно же, позитивный. Он свидетельствует: значительная часть россиян, живущих своим трудом, осознают, что существующая власть является им классово чуждой, что коренные интересы людей труда в корне не совпадают с интересами господствующего капитала. Они непримиримы и неразрешимы в рамках системы, основанной на всевластии частной собственности. Основное противоречие не между путинским режимом и либеральной оппозицией (это два фланга крупного капитала), а между классом капиталистов в целом и эксплуатируемым ими классом наёмных работников физического и умственного труда. Россия выживет только при условии, если труд освободится от гнёта капитала.
Сентябрьская избирательная кампания в столице показала, а исследование ИС РАН «О чём мечтают россияне» подтвердило, что сегодня понятен широким массам тот, кто призывает к решительному изменению существующей системы. Но если либералы и их ставленник Навальный всякий раз увиливали от ответа о будущем общественном устройстве, то у Коммунистической партии в этом нет необходимости. Во-первых, её интересы, как указывал В.И. Ленин, это интересы пролетариата и его стратегических союзников. Во-вторых, марксизм-ленинизм вооружил коммунистов научными основами строительства будущего общества, и они уверенно побеждали, когда следовали этому точному азимуту. В-третьих, общественное настроение большинства россиян, как показало исследование социологов, всё яснее ориентируется на социализм. Но это тема следующего разговора.
Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов. Все претензии направлять авторам.