Послание президента России Владимира Путина Федеральному Собранию России разочаровало даже самых заядлых оптимистов – вместо отчёта о реально проделанной работе и наказания виновных за срыв «майских указов» в очередной раз послание было посвящено пожеланиям и обещаниям.
Многие ура-патриотичные лидеры и «борцы за независимость России от удушающих пут Госдепа и МВФ» (что, безусловно, верно, но не при нынешнем составе руководства страны) надеялись услышать про внесение поправок в Конституцию России, которые бы позволили закрепить в основном Законе страны государственную идеологию. Да, судя по всему, и сегодня у российской бюрократии есть идеология, но крайне примитивная, деструктивная и разрушительная по своим последствиям – «бабло побеждает зло». За четверть века псевдорыночных реформ, «шоковой терапии» и «кудринизма» у граждан России возникла острая потребность в созидательной национально-ориентированной идеологии национального суверенитета и развития страны.
Вместо этого Путин открыто заявил, что «Конституция соединила два базовых приоритета – высочайший статус прав, свобод граждан и сильное государство, – подчеркнув их взаимную обязанность – уважать и защищать друг друга. Убеждён, конституционный каркас должен быть стабильным, и прежде всего это касается второй главы Конституции, которая определяет права и свободы человека и гражданина. Эти положения Основного закона незыблемы». Тем самым поставил крест не возможности внесения более-менее значимых и существенных поправок в основной закон страны. Изменения президент допустил лишь в области правоприменительной практики, что проявилось в объединении Высшего и Верховного арбитражного судов.
Также ожидались поправки, связанные с утверждением принципиальной, государствообразующей роли русского народа. В конституциях многих субъектов российской федерации (прежде всего, в республиках) открыто прописан особый статус населяющих их коренных народов и их культуры, тогда как на федеральном уровне русские, составляющие 80% населения страны, оказались просто-напросто забыты. Да, безусловно, речь идёт о русских не в этническом, а в мировоззренческом, духовном и культурном смысле этого слова – в многонациональной стране, где проживает более полутора сотен этносов и народностей, большинство которых считают себя русскими, иначе не могло и быть.
Однако и этого не произошло – термин русский упоминался трижды. Два раза применительно к русскому языку и один раз применительно к «русским националистам», разного рода сепаратистам, готовым любую бытовую трагедию сделать поводом для вандализма и кровавой бузы». Видимо, всплеск общественного недовольства и негодование граждан от произвола и безнаказанной вседозволенности этнической мафии, коррумпированных чиновников и крышующих их коррумпированных чиновников достигла таких масштабов, что даже президент был вынужден подыграть социальному большинству. Под его критику попал «своего рода аморальный интернационал, в который входят и распоясавшиеся, обнаглевшие выходцы из некоторых южных регионов России, и продажные сотрудники правоохранительных органов, которые «крышуют» этническую мафию…».
Видимо, рядовые граждане России, уставшие от произвола этнической мафии, неконтролируемого наплыва низкоквалифицированной рабочей силы из нищих республик Средней Азии, разгула этнической преступности и наркотизации страны (наркопоезда Москва-Душанбе и овоще-героиновые фуры), бездействия силовых ведомств, воспринимаются властями исключительно как «русские националисты». Сначала правящая «оффшорная бюрократия» своим бездействием и коррупционными интересами довела страну до ситуации миграционной катастрофы (официально на территории России находится порядка 13 млн. иностранных граждан, тогда как реально не менее 25-30 млн.) и этнических распрей, а теперь сваливает вину на тех, кто устал от произвола этнической преступности и бандитизма мигрантов.
Не меньше надежд наиболее легко внушаемой частью аудитории возлагалось на то, что президент своим волевым решением в пику Вашингтону, Лондону, Брюсселю, ЦРУ, Моссаду, МИ-6 и прочим врагам Отечества решится отменить позорную статью Конституции, закрепляющую примат и верховенство норм международного права над российским законодательством. Якобы, это должно было стать символом возрождения России и выходом страны из системы внешнего управления. Однако этот вопрос даже не поднимался. Вместо это мы услышали пространные рассуждения о чём угодно и ни о чём конкретно – говорили о местном самоуправлении, ЖКХ, традиционных ценностях, незыблемости прав и свобод россиян, необходимости борьбы с русским национализмом и сепаратизмом и т.д.
Президент забыл сказать о главном
Что характерно, президент не сказал ни слова о реальных системных проблемах России – деиндустриализации (упадке наукоёмких производств высоких переделов), дезинтеграции народного хозяйства (чудовищной пропасти между сверхдоходными добывающими производствами и едва сводящей концы с концами несырьевой обрабатывающей промышленностью), депопуляции (продолжающемся вымирании исконно русского населения, замещаемого притоком мигрантов и всплеском рождаемости на Кавказе и ряде других моноэтнических республиках России), доминировании олигархического компрадорско-сырьевого капитала, разрастающейся пропасти между сверхбогатым меньшинством и бедным социально-трудовым большинством и т.д. Не говоря уже о таких «мелочах», как непозволительно высокая по мировым меркам смертность от производственных травм, алкоголизации и наркотизации населения, социально обусловленных заболеваний, а также критически высокой подростковой преступности и наркомании, суицидальной активности и прочих пороках пореформенного российского общества.
Из конкретики, пожалуй, можно вспомнить лишь тезисы о необходимости борьбы с оффшоризацией. Да, это принципиально важный вопрос, который после «стрижки баранов» и конфискации банковских вкладов на Кипре, а также ужесточения финансового и налогового законодательства в США и ЕС (закон FATCA, борьба с оффшорами и налоговыми гаванями со стороны FATF, изменения налоговом и т.д.) стал как никогда актуален для российской правящей бюрократии, олигархов и криминальных структур, которые за последнюю четверть века вывезли из России свыше 1,5 трлн. долл. официально, а реально свыше 2,7-3,3 трлн. долл.
Пока петух не клюнул, российский коррупционер не перекрестился и не зашевелился. Как только американские правоохранительные органы, спецслужбы и Минфин, преследуя вполне благие для США цели пополнения бюджета, бороться с оффшорами и ужесточить контроль за финансовыми трансакциями, так сразу же руководство России внезапно проснулось после многолетнего литургического сна и стало неистово бороться с оффшорами. Видимо, на протяжении 1991-2011гг. эта проблема перед российскими властями и обществом не стояла, а независимые эксперты и учёные РАН не призывали заняться деоффшоризацией экономики.
Однако беда в том, что борьба с оффшоризацией стала магистрально линией предыдущего послания Путина в 2012г. О ней же он говорил в 2009-2010гг., а в 2004г. поднимал этот вопрос на заседании Торгово-промышленной палаты (ТПП). Беда в том, что воз и ныне там – никаких реальных продвижений в этом направлении нет. Сплошные призывы, обещания, рассуждения и ни слова о реальных результатах. Видимо, по той простой причине, что результаты плачевны.
Призывы Путина нисколько не помешал той же самой государственной Роснефти провести сделку по выкупу акций компании ТНК-ВР через оффшорные юрисдикции, набрать свыше 1,1 трлн. рублей дополнительных внешних займов и, более того, сделать ВР крупнейшим миноритарным акционером крупнейшей нефтегазовой корпорации России, которой (вкупе с Газпромом) на льготных условиях были отданы лицензии на разработку крупнейших месторождений углеводородов на Арктическом шельфе и в Восточной Сибири. К слову сказать, только за период с начала текущего года размер внешнего долга российской экономики вырос с 636,4 млрд. долл. до без малого 720 млрд. долл.
При этом корпоративный внешний долг вырос с 639,5 млрд. долл., а самого государства и принадлежащих ему компаний и банков – до 364,7 млрд. долл. Пока президент призывает в сотый раз одуматься и прекратить перерегистрацию активов за рубежом, российские компании и банки (в том числе и с государственным участием), не имея доступа к дешёвым долгосрочным финансовым ресурсам внутри страны влезают в долговую петлю международных ростовщиков, а также перерегистрируют и закладывают свои (т.е. ранее российские) активы в иностранных юрисдикциях в качестве залогового обеспечения по иностранным займам.
Хуже того, президент уже много лет призывает создать благоприятные условия для российских предпринимателей внутри страны и активно привлекать иностранные капиталы. Однако только за первые девять месяцев 2013г. чистый вывоз капитала из России превысил планку в 49 млрд. долл. – 1,6 трлн. рублей или 13% федерального бюджета России в 2013г. Незаконным образом с нарушением действующего валютного, налогового, бюджетного и таможенного законодательства из России вывезено 33,4 млрд. долл.
Это официальная оценка Центрального Банка по платёжному балансу. В действительности, за три квартала текущего года незаконный вывоз капитала превысил планку в 50 млрд. долл.: криминальные структуры, сырьевые олигархические кланы, коррумпированные чиновники продолжают наплевательски относиться в вразумлениям президента. Оно и понятно — в ситуации беспросветной «сердюковщины», закрытия дела подмосковных казино, нежелания привлекать к ответственности виновных в многократном завышении сметных затрат на Олимпиаду в Сочи, проведение саммита АТЭС во Владивостоке, реконструкцию Большого Театра, строительство стадиона для футбольного клуба «Зенит» подобного рода поведение вполне объяснимо и ожидаемо.
Зачем исполнять призывы президента, если только официально в системе государственных закупок ежегодно разворовывается свыше 1,5 трлн. рублей, а Счётная Палата оценивает масштабы нецелевого использования бюджетных средств в размере 1 трлн. рублей!? О какой борьбе с оффшоризацией может идти речь, когда вокруг этого явления построена целая бизнес-империя?! Размер «обналичивания» и легализации преступных доходов оценивается МВД и Центральным Банком в 2-2,5 трлн. рублей. В действительности же, все 4-5 трлн. рублей. Слишком крупные капиталы и высокопоставленные чиновники в Правительстве, Администрации Президента, Центральном Банке и силовых ведомствах заинтересованы в сохранении статус-кво и процветании теневого сектора экономики, который подпитывает процесс вывоза капитала и оффшоризации.
Российские капиталы продолжают стремительно утекать за границу. К вопросу о деоффшоризации – президент воздержался от конкретики и не стал говорить о том, каких успехов на данном поприще удалось добиться российским чиновникам.
Мифическая деоффшоризация
Ничего не изменилось и в 2013г. — выступая с посланием Федеральному собранию, Путин озвучил давно набившие оскомину предложения по деофшоризации экономики. В частности, он считает необходимым облагать налогами по отечественному законодательству доходы компаний, зарегистрированных в офшорных юрисдикциях, но принадлежащих российскому собственнику.
Кроме того, по его мнению, подобные предприятия следует лишить государственной поддержки. Им также должен быть закрыт доступ к исполнению госконтрактов и контрактов структур с госучастием, предложил глава государства.
Безусловно, сама по себе постановка вопроса о необходимости деофшоризации российской экономики крайне правильна, актуальна и чрезвычайно необходима. Однако необходимо понимать, что вопрос деофшоризации экономики теснейшим образом связан с процессом дедолларизации экономики и преодолением колониальной зависимости от нефтедоллара, а также с преодолением дезинтеграции народного хозяйства и деиндустриализации экономики.
Сегодня 95% крупной собственности зарегистрировано в офшорных юрисдикциях, а 9 из 10 всех корпоративных сделок осуществляется за пределами российской юрисдикции. Все крупнейшие госкорпорации, госкомпании, даже госбанки, как правило, контролируются извне офшорными бенефициарами. На самом деле, уместно говорить о неуправляемости российской экономики на системном уровне – рычаги контроля находятся вовне.
Более того, деофшоризацию экономики необходимо совмещать с наведением порядка в системе госуправления и борьбой с коррупцией в правоохранительной системе. В большинстве случаев предприниматели бегут не столько от плохого делового климата и налогового бремени (они компенсируются высокой рентабельностью бизнеса и сравнительно низким уровнем конкуренции и насыщения внутреннего рынка), сколько от произвола в системе силовых ведомств. Бизнес боится беспредела правоохранительной системы и силового рэкета. Крупный российский бизнес – это тревожный транзитный собственник, который осознаёт шаткость своего положения и старается максимально выкачать соки.
Ключевая проблема состоит в том, что российские компании и банки вынуждены привлекать доступные долгосрочные кредитные ресурсы за рубежом в силу неразвитости отечественного финансового рынка. В России не развит механизм долгосрочного рефинансирования банков и экономики со стороны Центрального Банка под залог коммерческих и государственных ценных бумаг, крайне слаборазвитая система пенсионных накоплений, а также практически нет долгосрочных накоплений населения. Компании и банки, обладающие более-менее ликвидным имуществом и акционерным капиталом, влезают в долги за рубежом, закладывая свои акции.
Отмечу, что только за последние 1,5 года размер внешнего долга российской экономики вырос на 150 млрд долларов и сегодня превышает отметку в 720 млрд долларов. Этот показатель на треть превосходит размер золотовалютных резервов страны и на 40% — размер внешнего долга РФ накануне 2008 года. Уже сегодня у государства и бизнеса нет денег, чтобы выкупить у международных спекулянтов и иностранных банкиров заложенные по иностранным кредитам и займам акции стратегически значимых и крупнейших системообразующих компаний и банков.
При этом отечественные организации вынуждены заниматься свои же собственные деньги, которые они уплачивают государству в бюджет в виде налогов и сборов – через фискальный механизм Минфина и монетарный механизм Центробанка государства обескровливает отечественную экономику и финансовую систему, изымая якобы незаработанные и инфляционные финансовые ресурсы и вывозя их за рубеж в виде средств Резервного фонда и ФНБ. Неудивительно, что динамика внешнего корпоративного долга и международных резервов зеркально совпадают – внешний долг компаний и банков за период 2000-2013гг. вырос с 30 до 640 млрд. долл., тогда как «валютная заначка» подскочила с 30 до 520 млрд. долл.
Кроме того, иностранные банкиры, иностранные кредиторы не доверяют российской судебной системе и «телефонному правосудию», поэтому требуют от наших компаний-своих заемщиков регистрировать свою собственность за рубежом — в англо-саксонской правовой системе.
Поэтому до тех пор, пока в России не будет емкого, развитого финансового рынка, который бы создавал долгосрочные и доступные инвестиционные ресурсы — под ставку не в 15-20% годовых, а хотя бы в 5-7% — никакой борьбы с деофшоризацией происходить не будет. Кроме того, у крупного и, главным образом, сырьевого низкопередельного российского капитала есть «родовая травма» — источники его происхождения нелегитимны и незаконны: ваучерная приватизация, кредитно-залоговые аукционы, разворовывание бюджета на пирамиде ГКО-ОФЗ, силовой рэкет и передел имущества в период «тучных» 2000-х. Крупный бизнес старается защитить себя и свою собственность от возможного передела рынка и собственности в офшорах.
По большому счету, для решения поставленной цели необходимо пересмотреть всю макроэкономическую политику РФ в целом. В том числе, восстановить валютное регулирование и валютный контроль, которые были разрушены в 2003г. и 2007г. в угоду ултралиберальным рекомендациям МВФ и принципам «Вашингтонского консенсуса». Только официально ежегодно из России незаконным образом в «налоговые гавани» и фешенебельные страны утекает свыше 55 млрд. или 1,8 трлн. рублей. Реально все 80-100 млрд. долл. А за последние 20 лет псевдорыночных реформ из с страны было вывезено свыше 1,5 трлн. долл. официально и порядка 2,5-3 трлн. долл. реально. Совершенно очевидно, что все решения принесут «нулевой» или даже отрицательный эффект, если не начать затыкать дыры в финансовой системе и не ужесточить валютный режим и финансовый контроль.
Путин много говорил о частном секторе и бизнесе – мол, олигархи плохие и вывозят активы за рубеж. Святая правда – правящий сырьевой компрадорско-олигархический капитал, прописанный в оффшорных гаванях и разграбляющий страну, на самом деле, хищнически эксплуатирует природно-сырьевую ренту. Однако почему-то президент забыл упомянуть про то, что российское государство уже давно само превратилось в один большой оффшор. Минфин и Центробанк хранят свыше 515 млрд. долл. валютных резервов за рубежом, финансируя модернизацию и инновации на территории стратегических конкурентов.
С одной стороны, президент старался сыграть на патриотических чувствах и эмоциях обездоленного социально-трудового большинства, рассуждая о защите традиционных семейных и нравственных ценностей, а также о недопустимости военного превосходства какой-либо державы над Россией. А с другой, в экономической и, прежде всего, социальной части, превалировали всевозможные псевдонаучные и глубоко ошибочные ультралиберальные тезисы. Видимо, так называемая секта фанатиков «вульгарного либерализма» и «рыночного фундаментализма» продолжает определять курс социально-экономического развития (а, точнее, деградации) России.
Владислав Жуковский, независимый экономист