Российский рубль вошёл в траекторию устойчивого падения – только за неполные первые четыре недели 2014г. рубль потерял 1,5 рубля по отношению к американскому доллару и опустился с 32,5 до 34,3 рублей за американскую валюту. Российская валюта обновила минимальные отметки за последние 4,5 года – 34,6 рублей за американскую валюту. В последний раз рубль так сильно опускался по отношению к доллару в марте 2009г. Напомним, что по итогам 2013г. рубль «просел» приблизительно на 10% как по отношению к доллару (с 29,9 до 33 рублей), так и по отношению к евро (с 40 до 44,1 рублей).
Более того, 24 января 2014г. рубль обновил абсолютный исторический минимум по отношению к евро, опустившись ниже уровня в 47,3 рублей за евро. Даже 9 февраля 2009г., в разгар финансово-экономического кризиса и обвала российской экономики, рубль не падал ниже 47,1 рублей за евро. В этом смысле наступивший 2014г. уже сегодня можно назвать рекордным. Единственное отличие – в 2009г. 60% девальвация рубля фиксировалась на фоне 4-кратного падения цен на энергоносители (с 145 до 35 долл. за баррель смеси Brent) и ещё более масштабного обвала цен на прочие сырьевые товары. В настоящий момент цены на североморскую смесь колеблются в диапазоне 106-108 долл. за бочку, что в три раза выше отметок 4-летней давности. Более того, по итогам 2013г. средняя цена на российскую нефтяную смесь Urals составила более 109,88 долл. за баррель, что несколько выше 108,33 долл. годом ранее.
Однако это ни сколько не помешало российскому рублю обновить минимумы кризисного 2009г., деиндустриализированной экономике низких переделов свалится в рецессию, промышленному производству впасть в кризис, а капиталу стремительно бежать за пределы страны в оффшорные юрисдикции.
Совершенно очевидно, что российский рубль ждёт масштабная девальвация, и она становится неизбежной в рамках сложившейся в России двухсекторной экономики «трубы», парализованной голландской болезнью. В частности, об этом публично дали понять в Центробанке, отказавшись от текущих валютных интервенций на поддержание рубля и заявив о необходимости перехода к свободному курсообразованию. Так, 13 января Центробанк в рамках перехода к убийственной политике «таргетирования инфляции» публично объявил об отказе от целевых валютных интервенций. На протяжении последних месяцев ажиотажного роста спроса на иностранную валюту продажа валюты из состава ЗВР со стороны ЦБ РФ достигала 300-400 млн. долл. ежедневно.
Ещё важнее стали слова президента Путина, который впервые за долгие годы уделил особое внимание вопросу курса рубля. С одной стороны, он снял с себя ответственность за обвальное снижение курса рубля, заявив, что не в курсе планов Центробанка по девальвации рубля. Ровно такое же заявление 14 августа 1998г. сделал Борис Ельцин, после чего последовал дефолт 17 августа, разрушение паразитической пирамиды ГКО-ОФЗ, высасывавшей на своё обслуживание до трети средств федерального бюджета и в моменте эквивалентной суммарным капитальным вложениям в основной капитал (приблизительно 500 млрд. рублей), и, как следствие, 5-кратная девальвация рубля.
Более того, одно дело, когда про гибкий курс и уход с рынка валютных интервенций заявляют Улюкаев и Набиуллина, которые могут думать что угодно по этому поводу, и совсем другое, когда эти же мысли озвучивает глава государства. Мало того, что Путин похвалил руководство ЦБ РФ за профессионализм в деле нахождения баланса между интересами экспортоориентированных сырьевых компаний и ориентированных на внутренний рынок производителей промышленной продукции.
Путин открыто дал «зелёный свет» дальнейшему падению курса рубля. Если раньше он говорил о необходимости соблюдения баланса интересов, а также о недопущении раскручивания маховика инфляции в ситуации, когда внутренний потребительский рынок более чем на 60% зависит от импорта в продовольственном сегменте, на 85% — в медикаментах, и на 90% в сфере бытовой техники и электроники. Видимо, уровень жизни 73% россиян с доходами ниже среднего по стране (29,6 тыс. рублей) и хотя бы мнимый, минимально необходимый контроль властей за «социальной инфляцией» отошли на второй план на фоне беспрецедентного затухания российской экономики и разрушения платёжного баланса.
Путин недвусмысленно подписался под словами своих подчинённых в ЦБ и Минэкономики: «Что касается курса национальной валюты, то на сегодняшний день Центральный банк занимается только определенным регулированием при выходе за верхнюю и нижнюю отметку плавающего курса. Чем более свободным будет российский рубль, тем в конечном итоге лучше, потому что это заставит саму экономику более эффективно и своевременно реагировать на происходящие в ней процессы». Это психологическая черта — «Рубикон» пройден. Дальше граждан России ждёт перманентное ослабление курса рубля с незначительными конъюнктурными коррекционными отскоками.
Фундаментальные причины падения курса рубля очевидны и давно описаны
Во-первых, буквально на глазах разваливается платёжный баланс: профицит счёта текущих операций основного валютного документа страны, отражающего трансграничные потоки капитала, обвалился более чем в 2,2 раза — с 72 млрд. долл. в 2012г. до 33 млрд. в 2013г. Весьма показательно, что в 2011г. профицит текущего счёта и вовсе составлял 97,2 млрд. долл. – в 3 раза превышал уровень 2013г. Притом что цены на энергоносители были несколько ниже отметок ушедшего года (109,35 долл. за баррель Urals).
Дальше хуже: по итогам третьего квартал 2013г. профицит счёта текущих операций, несмотря на стабильно высокие цены на нефть и приток нефтедолларов от распродажи невосполнимого минерального сырья, составил менее 600 млн. долл. Что без малого в 10 раз ниже результата аналогичного периода 2012г. — 5,82 млрд. долл. Более того, столь слабого профицита в России не наблюдалось аж с дефолтных времён – в 3-м квартале 1999г. профицит составил 5,49 млрд. долл. Ещё больше опасений вызывает тот факт, что даже в июле-сентябре 1998г., т.е. прямо накануне и в самый разгар валютно-финансового кризиса, фиксировался больший профицит (775 млн. долл.), чем в 3-м квартале «сытого» и «модернизированного» 2013г. В последний раз худшее значение текущего счёта отмечалось лишь в 3-м квартале 1997г. – в разгар построения пирамиды ГКО-ОФЗ, антисоциального секвестрования бюджета и упадка экономики – тогда ЦБ РФ отчитался о дефиците в размере 1,5 млрд. долл. Хоть это радует – если уж Правительство не смогло «обойти» дефолтный 1998г., то, по крайней мере, не меркнет на фоне далёкого 1997г.
Не намного лучше результаты 4-го квартала 2013г. – профицит составил удручающе скромные 4,7 млрд. долл., что в 2,2 раза хуже результатов аналогичного периода 2012г. (10,5 млрд. долл.). Не говоря уже о 27,1 млрд. долл., притекших в Россию по текущему счёту платёжного баланса в последнем квартале 2011г. К слову сказать, даже в последнем квартале 1999г. наблюдался нетто-приток капитала по счёту текущих операций в размере 10,8 млрд. долл. И даже в 4-м квартале 1998г., т.е. в первые месяцы после дефолта и саморазрушения паразитической финансовой системы, в России наблюдался приток капитала – 6,03 млрд. долл. И только в 1997г., в самый разгар «ельцинщины», грабительских кредитно-залоговых аукционов и упадка промышленности, в России имел место худший результат – дефицит в размере 687 млн. долл.
К вопросу о платёжном балансе – масштабы структурных перекосов в отечественной дезинтегрированной и оффшоризованной экономики достигли таких масштабов, что даже в условиях стабильно высоких цен на сырьё в России происходит драматичный отток капитала по текущим операциям. Хуже того, буквально на глазах происходит деградация самой структуры платёжного баланса. Показательно, что экспорт товаров сократился весьма незначительно – с 192,3 млрд. долл. в 2012г. до 177,3 млрд. в 2013г. Тогда как импорт продукции иностранных производителей вырос с 335,7 до 344,3 млрд. долл. В результате чего профицит торгового баланса хоть и просел, но не столь существенно – с 192,3 до 177,3 млрд. долл.
Радикально ухудшилась ситуация с торговлей услугами, где Россия благодаря целенаправленной политике отказа от модернизации и преклонения перед «кудриномикой», ещё менее конкурентоспособна. Так, дефицит во внешней торговле услугами распух с 46,5 до 59 млрд. долл. Притом что из 129 млрд. долл. импортированных услуг (финансовых, консультационных, бухгалтерских, рекламных и т.д.), по экспертным оценкам, от 25 до 35% приходятся на всевозможные фиктивные сделки, направленные на раздувание издержек, минимизацию налогооблагаемой базы и вывоз капитала в налоговые гавани.
Откровенный регресс наблюдается в сфере баланса оплаты труда, отрицательное сальдо которого расширилось с 11,8 до 11,9 млрд. долл. Неослабевающий поток мигрантов, прежде всего из слаборазвитых и бедных республик Средней Азии, не только размывает внутренний рынок труда, провоцирует падение уровня заработных плат, усиливает люмпенизацию трудовых ресурсов и провоцирует всплеск заболеваемости социально обусловленными заболеваниями, наркомании и этнической преступности, но и вымывает весьма существенные финансовые ресурсы, эквивалентные двум федеральным бюджетам на поддержку сельского хозяйства (порядка 150 млрд. рублей).
Откровенно удручающая ситуация складывается с балансом инвестиционных доходов – чистый инвестиционный убыток России в 2013г. вырос до 66,2 млрд. долл. по сравнению с 56,8 млрд. в 2012г. Это те самые убытки, которые понесли хозяйствующие субъекты российской экономики (прежде всего компании и банки) от выплаты процентов по кредитам и займам иностранным кредиторам, дивидендов зарубежным (зачастую оффшорным) акционерам и прочих капитальных платежей нерезидентам в связи с маломощностью отечественной инвестиционно-банковской системы и неконкурентоспособностью российского финансового сектора. Политика фискального фетишизма и доминирование губительного принципа «не доедим, но вывезем за рубеж на поддержку США и ЕС» привела к тому, что ставка по кредитам для малого и среднего бизнеса в России в 2,5-3 раза выше средней нормы рентабельности несырьевой промышленности (20-25% годовых против 7-9%). А по ключевым показателям, характеризующим уровень конкурентоспособности банковского сектора (отношение суммарных активов к ВВП менее 79%, совокупных кредитов всем займщикам – 56% ВВП, кредитов нефинансовым организациям – 34% ВВП и т.д.), в 2-3 раза отстаёт от динамично развивающихся стран и в 3-5 раз от крупнейших индустриально развитых экономик.
Правительство и Центробанк могут сколько угодно делать «хорошую мину при плохой игре» и стараться удержать валютный курс рубля на завышенном уровне, однако этого будет недостаточно. Тем самым они рискуют наступить на грабли 1998 и 2008гг., когда искусственное поддержание курса рубля ценой размывания валютных резервов ЦБ и усугубления спада в экономике обернулось масштабной девальвацией и бегством капитала.
Во-вторых, российская экономика полуторных переделов, доведённая до состояния полураспада и перманентной деиндустриализации по-гайдаровски разрушительной либеральной политикой Правительства, всё глубже и основательнее погружается в пучину кризиса. Так, темпы роста российской экономики падают на протяжении последних 7 кварталов – с 5,1% в 4-м квартале 2011г. до 1,6% в 1-м квартале 2013г. и 1,2% во 2-м и 3-м кварталах 2013г. Хуже того, по итогам 2013г. прирост ВВП составил менее 1,4%, что в 2,5 раза хуже результатов предыдущего 2012г. Притом что, ещё в начале 2013г. гражданам России обещали рост ВВП на 3,6%, а летом ушедшего года наиболее пессимистичный прогноз подразумевал рост аж на 2,8%. Тогда как лучшие отечественные макроэкономист и учёные РАН, не скованные параноидальными сектантскими оковами и догмами «Вашингтонского консенсуса».
Да, действительно, в Правительстве не унывают и демонстрируют послепраздничный оптимизм: глава МЭР Алексей Улюкаев публично и, не стесняясь, заявил, что беда Россию миновала – темпы роста российской экономики составили не «ужасные» 1,3%, а «целых» 1,4%. Уж теперь-то, по мнению министра, страна точно заживёт так, что весь Запад будет нам завидовать! Его не смущает даже стремительно возросшее бегство капитала из России, демонстрирующее отсутствие каких-либо «точек роста» — масштабы чистого оттока капитала выросли с 54,6 до 62,7 млрд. долл. за период 2012-2013гг. Это превышает масштабы исхода капитала в 2009г. (57,5 млрд.) и 2010г. (30,8 млрд.). Лишь в 2011г. (81,4 млрд.) и в 2008г. (133,6 млрд.) из России было вывезено больше средств, чем в 2013г., когда по планам руководства страны должна была начаться и модернизация, и инновации, и создание 25 млн. инновационных высококвалифицированных рабочих мест, и наращивание нормы накопления капитала до 28% ВВП, и многие прочие благие пожелания и «обещалки».
Хуже того, по итогам 2013г. едва сводящая концы с концами отечественная промышленность выросла без малого на 0,3%! После роста на 2,6% годом ранее, на 4,7% в 2011г. и восстановительного скачка на 8,2% в 2010г. (после обвала на 9,3% в кризисном 2009г.) этот результат вызывает откровенное недоумение – благодаря ученикам Гайдара в Правительстве Россия действительно слезла с сырьевой иглы. Но так, что…
В-третьих, откровенно тяжёлая ситуация с бюджетом – лишь благодаря срыву исполнения бюджета, затягиванию под любыми предлогами перевода уже заложенных в бюджет средств бюджетополучателям, искусственному недофинансированию промышленности, сельского хозяйства, инфраструктуры, ЖКХ, науки, образования, здравоохранения, культуры и спорта Минфин отчитывается о профиците бюджета. Напомним, что по итогам января-ноября 2013г. Минфин отчитался о профиците федерального бюджета в размере 599,9 млрд. рублей. Однако это стало закономерным результатом не оживления производственной и инвестиционной активности, а хронического нежелания давать кому-либо деньги, загоняя получателей средств (в том числе и регионы) в долговую петлю – доходная ведомость бюджета была исполнена на 91,1%, тогда как расходная ведомость лишь на 83,3%!
Необходимо отдавать себе отчёт, что федеральный бюджет России в среднем на 50-53% формируется за счёт поступлений от нефтегазового сектора – НДПИ, экспортных пошлин, акцизов, налога на прибыль и т.д. В ситуации наблюдаемого дефолта паразитической ресурсно-сырьевой модели «роста без развития» и исчерпания возможности проедания нефтедолларов, иностранных кредитов, а также производственного, инфраструктурного и инновационного потенциала советской эпохи ожидать какого-либо снижения сырьевой зависимости бюджетной системы просто-напросто глупо и недальновидно.
Чем глубже отечественная экономика погружается в депрессивно-кризисное состояние, тем больше сокращаются не нефтегазовые поступления бюджета (неудивительно, что собираемость налога на прибыль упала почти на 20%!), и тем больше возрастает зависимость бюджета от экспорта энергоносителей. Для того, чтобы профинансировать «майские указы» президента и не испортить имидж Путина, Минфин заинтересован в увеличении экспортной валютной выручки в рублёвом эквиваленте. В настоящий момент цена нефтяной смеси Brent в рублёвом эквиваленте составляет порядка 3620 рублей, что лишь немногим выше предельно допустимого порогового значения в 3500 рублей.
В силу разрастающихся бюджетных расходов, а также усиления спада в реальном секторе, снижения конкурентоспособности промышленности, роста коррупционных поборов и административных барьеров, обостряющейся примитивизации производства и структурно-технологической деградации народно хозяйственного комплекса уже в 2014г. для балансировки бюджета России потребуется цена на нефть не ниже 3800 рублей за бочку североморской смеси Brent. А ещё лучше не менее 4000 тыс. рублей, чтобы хоть как-то оживить затухающую экономику и вывести промышленность из кризиса, нарастив бюджетные расходы на очередные крайне непрозрачные с финансовой точки зрения и избыточно коррупциогенные «олимпийские стройки». Перерасчёт нефти из долларов в рубли важен в силу того, что учёт в бюджете России как расходов, так и доходов ведётся в национальной валюте – т.е. в рублях. В этой связи можно смело говорить о том, что Минфин России также заинтересован в девальвации рубля.
В-четвёртых, завышенный курс рубля провоцирует рост внешних заимствований как отечественных компаний и банков, так и самого государства. Всегда выгодней и привлекательней занимать в ослабевающей валюте, чем активно пользуются крупные российские госкомпании, госбанки и сырьевые гиганты, обладающие стабильным притоком валютной выручки для обслуживания иностранных кредитов и займов. Так, по итогам 2013г. совокупный внешний долг России вырос более чем на 15% — с 636,4 млрд. долл. до 732 млрд. К слову сказать, Россия уже перешла критический порог внешнего долга в размере 30% ВВП для стран с коррумпированной властью, монополизированной сырьевой низкопередельной экономикой. В настоящий момент этот показатель превышает планку в 37,2% ВВП.
Притом что само государство без всякой надобности бездумно нарастило внешние долги с 54,4 до 63,4 млрд. долл., не только «списав» и «простив» якобы невозвратные долги третьим странам, но и в ситуации, когда у самого Минфина без дела лежат свыше 7,2 трлн. рублей как в «нефтегазовой заначке» (5,9 трлн. рублей), так и на счетах в коммерческих банках, так и в виде нераспределённого остатка средств.
Не отстаёт и корпоративный сектор, вынужденный занимать за рубежом в силу непозволительно высоких ставок по кредитам внутри страны. Внешний долга банков вырос с 201,5 до 214,9 млрд. долл. Тогда как промышленные предприятия скачкообразно нарастили займы с 364,8 до 437,8 млрд. долл. Итого суммарный внешний корпоративный долг превышает в настоящий момент планку в 652,7 млрд. долл.
В-пятых, в слабом рубле заинтересован и сам Центральный Банк России, которому необходимо хотя бы создать видимость преодоления перманентного дефицита ликвидности на межбанковском рынке и в финансовом секторе. Показательно, что ставка даже по краткосрочным однодневным кредитам по фактически совершённым сделкам на межбанковском рынке выросли с 2,5% в начале 2011г. до 6% в 2012г. и 6,5-6,7% в конце 2013г. Неудивительно, что в последние 3 года в России наблюдается парадоксальная ситуация – на фоне формально-статистического замедления инфляции наблюдается рост процентных ставок по кредитам как в номинальном, так и в реальном выражении. Что лишь усугубляет масштабы кризисных тенденций в реальном секторе и наукоёмких производствах.
Да, безусловно, в среднесрочной и долгосрочной перспективе России жизненно необходим крепкий, устойчивый и весьма высокий курс рубля, обладающего высокой покупательной способностью. Без этого невозможно преодолеть пресловутое «сырьевое проклятие» и переориентироваться с экспортно-сырьевых на внутренние инновационно ёмкие рельсы развития, опирающие на внутренний платёжеспособный спрос. Однако Правительство само виновато в том, что довело отечественную экономику до состояния глубочайшей деиндустриализации, дезинтеграции и оффшоризации. В этой ситуации для оживления сырьевой экономики трубы, повышения конкурентоспособности отечественной несырьевой промышленности, оживления реального сектора и сокращения масштабов зависимости от импорта чиновникам придётся пойти на девальвацию рубля.
Даже если это спровоцирует всплеск потребительской инфляции и негативно скажется на уровне покупательной способности доходов и сбережений населения. По отношению к производимой внутри страны продукции и услугам это не вызовет снижения покупательной способности. А по отношению к импортным товарам вызовет. Однако важно отдавать себе отчёт в том, что нельзя потреблять на уровне Германии и Франции, а производить на уровне Греции и Португалии.
К сожалению, в силу реализации доктрины «Вашингтонского консенсуса» Россия вообще перестала производить за редким исключением хоть какую-то конкурентоспособную по мировым меркам готовую наукоёмкую продукцию. Притом что сам валютный курс не может и не должен становиться фетишем, а должен играть роль инструмента макроэкономической политики государства, направленной на стимулирование экономического роста, проведение технического перевооружения производств, финансирование модернизации инфраструктуры и в конечном счёте повышения уровня жизни рядовых граждан. Нельзя ничего не производить, втягивать бедное и полунищее население в долговую петлю, проедать нефтедоллары и обеспечивать весь этот пир во время чумы за счёт завешенного обмена курса рубля.
Да, действительно, Правительство вполне могло воспользоваться более цивилизованными и понятыми инструментами государственной поддержки отечественных товаропроизводителей и дать стимул политике импортозамещения. Однако, втянув Россию в ВТО на заведомо несовместимых с выживанием отечественной несырьевой промышленности условиях, оно само связало себе руки накануне острой фазы кризиса и лишило себя возможности проведения активности тарифной политики, а также применения нетарифных инструментом защиты внутреннего рынка: начиная от квотирования ввоза импортных товаров и заканчивая ужесточением фитосанитарного, экологического, технического законодательства и т.д. Не говоря уже о том, что даже в рамках ВТО можно было бы через арбитражный суд ввести целый ряд протекционистских мер поддержки отечественных производителей.
Однако уровень профессионализма российских чиновников не позволяет им смотреть так далеко – подготовка юристов и специалистов в данной сфере требует не только времени и финансовых средств, но и минимальной компетентности и профессионализма. В чём обвинить правящую российскую бюрократию, всё чаще именуемую в СМИ и в народе «оффшорной аристократией», пока что никак не получается. В подобного рода ситуации чиновники будут вынуждены судорожно и в панике спасать остатки несырьевой промышленности ценой обесценения сбережений и доходов подавляющей части россиян, раскручивания маховика «социальной инфляции», удорожания импортируемых товаров первой необходимости и т.д. В очередной раз за вредительскую политику и некомпетентность правящей бюрократии будут расплачиваться рядовые россияне.
Независимый экономист Владислав Жуковский
Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов. Все претензии направлять авторам.