Ушла в прошлое «непобедимая и легендарная» Советская армия. Нет больше защитницы социалистического правопорядка, о которой Маяковский писал: «моя милиция меня бережёт». Что же в остатке? Кто, как и от кого нынче оберегает?
«Силы много не бывает»
Стало почти привычным: выдут в пикет, скажем, в Перми у бронзового медведя пять-шесть парней и девушек. Вблизи сразу же выстроится цепочка из минимум десятка вооружённых до зубов «ангелов-хранителей» в погонах. Тут же – под видом зевак — переодетые. Это не считая готового мгновенно прибыть резерва. А уж если заявлен митинг с парой сотен участников, под предлогом «обеспечения безопасности», ОМОН встанет вокруг стеной, установит пропускную рамку с пищалкой-детектором, каждому входящему «шмон» устроит. Повод найти, чтобы в любой момент положить митингующих на землю — во всех смыслах – раз плюнуть.
Со стороны людей в погонах звучат безапелляционные утверждения в духе кашу маслом не испортишь, то бишь силы много не бывает. Андрей Кузнецов, полковник юстиции: «Правоохранительные органы при любом раскладе должны иметь повышенный запас прочности. В том числе, выраженный в оружии и спецсредствах, в полномочиях и решимости применить их. Лишнее тому подтверждение – трагическая судьба бойцов спецназа «Беркут» МВД Украины. От его бойцов требовали наводить порядок чуть ли не голыми руками. Наследники Бандеры, поставив на колени и разогнав беркутовцев, ударились в полный беспредел. Вы что ж хотите, чтобы и у нас нечто подобное стало возможно?».
Не поддакнуть такому – прослывёшь если не предателем, то уж паникёром – точно.
На войне, как на войне?
Грянул криминальный беспредел «лихих 1990-х», полыхнул войнами Кавказ… Доморощенные рекетиры – «якуты» и «плотники» обложили данью торговцев. Раздел сфер влияния сопровождался многочисленными кровавыми разборками – даже средь бела дня — на центральных улицах Перми, Соликамска, Губахи, Березников…
С тех пор почти четверть века, воюют, получая ранения, погибая, наши земляки — бойцы спецподразделений МВД, ФСИН, ФСБ. В Чечне и Дагестане, в Ингушетии и Кабардино-Балкарии. Множится скорбный мартиролог. «Выдавливаемые» с Кавказа террористы растекаются по всей России и пытаются взять реванш то в одном, то в другом месте. Подзабылось, а зря, как летом 2010 года боевики-ваххабиты расстреляли пост ДПС под Суксуном (тогда погиб сержант Андрей Коробкин, было похищен его табельный «калашников»). Где гарантия, что подобные попытки не повторятся?
На этом фоне следующая история выглядит почти идиллической. Году в 1984-м мой друг Володя Шавшуков – младший лейтенант милиции, невысокий, но коренастый и цепкий — у пермского цирка связывал руки здоровенному буяну (как оказалось впоследствии, мастеру спорта по боксу) с него же снятым ремнём. Наручники тогда являлись почти экзотикой. Вдругорядь пьяному автолихачу за неимением пистолета (таковой выдавали далеко не всегда) скомандовал «Руки вверх!» и упёр ему в спину … подвернувшееся под руку топорище. Блефовал, конечно. А что было делать?
С тех пор положение изменилось кардинально. Стражи правопорядка принялись резко наращивать свои арсеналы. Града и веси стали патрулировать бойцы в шлемах, с дубинками, баллончиками слезоточивого газа «Черемуха». Затем к ним прибавились пистолеты, автоматы, бронежилеты и пластиковые щиты. На окраинах Перми появились стальные доты-бункеры (у камского автомоста и неподалёку от аэропорта Большое Савино.
Дальше – больше. На вооружение принимаются пулемёты и даже бронебойные ружья и станковые гранатомёты. Отрабатывается десантирование, причём, не только посадочным, но и, как в ВДВ, парашютным способом. Отряды спецназа и ОМОНа, в том числе, Пермских ГУ МВД РФ «Стрелец» и ГУФСИНа «Медведь» не уступают элитным армейским подразделениям, а по ряду параметров и превосходят их. В целом, российская полиция, по вооружению, оснащению и возможностям приближается к Внутренним войскам, а те, если и уступают формированиям Министерства обороны, то только в отношении некоторых видов тяжёлой техники и ракет.
От «мента» к «копу»
Главное, однако, не в вооружении и оснащении. В корне изменилась основа службы, корпоративная и личная психология. На смену оставшимся в советском прошлом «дяде Стёпе милиционеру», «хозяину тайги» и «участковому Аниськину» приходят либо прагматичные бюрократы, либо милитаризованные служаки. Правда, и тех, и других раздирают противоречия. С одной стороны, по уровню жизни они так и не дотянули до так называемого среднего класса, что им многократно было обещано. С другой, все — от рядового до генерала – обуяны боязнью, случись что, оказаться крайними, ответить «по полной». Сталкиваясь угрозой (другой вопрос – реальной или кажущейся) современный российский полицейский стреляет на поражение с куда как большей готовностью, чем его предшественники. Я бы даже сказал, открывает огонь при малейшем намёке на вооружённое сопротивление. Вспомните, например, случай с таджиком-гастарбайтером Мубаракшо Муктарамовым в Новых Лядах осенью 1912 года. Повёл себя неадекватно. Взял в заложники собственную семью. Угрожал кухонным ножом. За что и попал в прицел снайпера СОБРа.
«Прекрасное далёко, не будь ко мне жестоко…»
Раз довелось мне поприсутствовать на учениях «по противодействию полиции сборищам экстремистов». Признаюсь, на меня оно произвело впечатление жутковатой исторической фантасмагории. Разительно схожие с римскими легионами шеренги ОМОНа мгновенно перестраивались, щиты, сомкнутые со всех сторон становились непрошибаемыми стенами и крышей, затем – залп за залпом — комбинированный обстрел резиновыми пулями, газовыми и свето-шумовыми гранатами. Апофеоз всему — клиновая атака… «Бунтарская вольница» расчленена, обезоружена, лежит ниц. Через минуту-другую всех отконвоировали в спецмашины. Отбой…
«Во-первых, вполне возможна эскалация выступлений на Северном Кавказе. Особенно в Дагестане, где ряд районов лишь номинально контролируется государственными органами, а реальная власть принадлежит этно-конфессионально-бандократическим кланам. Последние также внедряют своих ставленников в территориальные структуры федеральных ведомств — МВД РФ, МЧС РФ и другие. Периодически происходят боестолкновения и вводится режим контртеррористической операции в Кабардино-Балкарии и Ингушетии. Во-вторых, не исключены массовые выступления против имущих и власть имущих населения регионов, поражённых экономическим кризисом, действия «по типу Майдана». Внутренние войска должны быть готовы, к тому, что их бросят против мятежных толп, не менее, а даже более опасных, чем кавказские «воины Аллаха».
Это что, футуристическое фэнтэзи? – спросит скептически настроенный читатель? Увы, нет! Прогноз, имеющий веские основания. Позаимствованный мною из дипломной работы подполковника внутренних войск МВД РФ Александра Торсунова, защищенной в Пермском филиале академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ.
Мораль? Вполне может статься, нынче – лишь пристрелка, а стрельба-то впереди и когда сверху последует приказ открыть огонь, его исполнят без особых колебаний.
Аркадий КОНСТАНТИНОВ
Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов. Все претензии направлять авторам.