15 марта сего года на телеканале «Россия 1» («Вечер с Владимиром Соловьёвым») шло обсуждение фильма Андрея Кондрашова «Крым. Путь на Родину», посвящённого действительно историческому событию — воссоединению Крыма и Севастополя с Россией. Все участники вечернего разговора говорили о подвиге крымчан и севастопольцев. И все отмечали решающую роль президента Путина в свершившемся историческом акте.
При обсуждении фильма не единожды было сказано: «Всё общество объединилось вокруг президента». Да, в те драматические дни так оно и было. И сейчас, когда США, оказывая сильнейшее давление на Евросоюз, создали реальную военную угрозу России (НАТО выдвинулось к её западным рубежам), необходима самая что ни на есть настоятельная консолидация общества. Но сможет ли президент РФ Путин исполнить роль национального лидера в условиях внешней опасности для страны при внутреннем финансово-экономическом кризисе России? Вопрос далеко не риторический, как о том думают ура-патриоты.
Капитализм монополистический, паразитический
Прежде всего отметим: за 15 лет, что Путин у власти (будучи премьер-министром во время президентства Медведева, он практически правил страной), Россия прошла путь завершения реставрации капитализма до высшей его стадии — империализма. А в этом вся суть переживаемого исторического момента, так как украинский кризис превратился в кризис отношений России с США и ЕС именно в силу претензий недавно народившегося российского империализма на свою долю в мировом рыночном хозяйстве. Претензии эти вызвали крайне раздражённую резкую реакцию со стороны американского и европейского империализма.
То, что олигархический капитал России есть капитал монополистический, вряд ли кто будет оспаривать. «Смена свободной конкуренции монополией есть коренная экономическая черта, суть империализма» — так охарактеризовал высшую стадию капитализма Ленин. В России в период реставрации в ней капитализма (времена Ельцина — Гайдара) свободной конкуренции не было, да и быть не могло: ошеломляюще стремительная приватизация — деиндустриализация мощного общественного производства, залоговые аукционы, по Чубайсу, привели к образованию олигархического (монополистического) капитала: Альфа-банк Авена и Фридмана, «Лукойл» Алекперова, «Норникель» Потанина, Новолипецкий металлургический комбинат Лисина и др. Так что призывы наших правителей к конкурентной борьбе за потребителя качественных товаров — не более чем фигура речи.
Олигархические монополии подмяли под себя почти всю экономику страны, в первую очередь установив свой диктат в сырьевых её отраслях (нефть, газ, уголь, металлы, лес). Там, где прибыль можно было получить как можно быстрее, как можно б`ольшую и с наименьшими затратами, выход на мировой рынок давал сверхприбыль. Сказанное иллюстрирует верность ленинского утверждения: «Там, где можно захватить в свои руки все или главные источники сырья, возникновение картелей и образование монополий особенно легко». Но при всей лёгкости формирования монополий в сырьевой отрасли экономики процесс этот в России не был свободен от уголовщины, о чём также сказано Лениным в его работе «Империализм, как высшая стадия капитализма»: «Монополия пролагает себе дорогу всюду и всяческими способами, начиная от «скромного» платежа отступного и кончая американским «применением» динамита к конкуренту». Становление российского империализма ничем не разнилось от становления западного империализма — английского, германского, американского и др. Оно не могло обойтись без криминала и не отличалось той цивилизованностью, о которой так любят говорить интеллигенты, очарованные цивилизацией капиталистического Запада.
В путинский период правления сформировался государственно-монополистический капитал, но только лишь по видимости — Газпром, Роснефть, РЖД, Сбербанк, ВТБ. Здесь контрольный пакет акций (51%) в руках государства, но его роль в управлении этим капиталом чисто номинальная, что отражено, в частности, в лаконичном заявлении главы Сбербанка Германа Грефа: «Наша цель — прибыль». Государственной политики ценообразования на продукцию госмонополий как не было, так и нет. В результате больш`ая часть страны не газифицирована, бензин и горюче-смазочные материалы не дешевеют при падении мировых цен на нефть, а цены на железнодорожные перевозки неудержимо растут. Всё по паразитарной формуле распределения: сначала — прибыль олигархов, а социальные нужды — потом.
Все определённые Лениным черты империализма очевидны у современного российского капитализма — это монополистический, паразитический, загнивающий, умирающий капитализм. Паразитический характер олигархического капитализма России прежде всего выражается в том, что при баснословных прибылях олигархов они лишь 9% от доходов от предпринимательской деятельности и собственности отчисляют государству. В то же время 13% поступают в государственную казну от зарплаты пролетария, добывающего средства к жизни исключительно путём продажи своего труда капиталисту. Такого нет ни в одной из ведущих стран капиталистического мира, в большинстве которых государству принадлежит от 30 до 50% собственности в стратегически важных отраслях экономики, что даёт ему возможность регулировать рыночные отношения. Посредством прогрессивного налогообложения (в зависимости от доходов) государство взимает дань с крупного капитала: от 30 до 50% и более от прибыли идёт в госказну. Монополистический капитал с лихвой «добирает» урезанные государством доходы за счёт эксплуатации дешёвой рабочей силы и природных ресурсов слаборазвитых стран, чему служит агрессивная внешняя политика империалистических держав. В ряду их жертв оказалась и Российская Федерация после развала СССР. В ней утвердился либеральный капитализм, при котором олигархический капитал практически свободен от государства: уплати налоги — и делай, что пожелаешь. Практически никаких социальных обязательств перед народом России у олигархических монополий нет. Паразитический российский капитализм по сравнению с тем же западным капитализмом можно назвать паразитическим в квадрате. Не случайно в России один из самых высоких уровней эксплуатации трудоспособного населения. Свидетельство тому — разрыв в 20—25 раз между доходами 10% самых богатых и доходами 10% самых бедных в РФ. Для сравнения: в Европе этот разрыв составляет 8—10 раз, а в Белоруссии — 4—5 раз (!).
Загнивание великой страны
«Что империализм есть паразитический или загнивающий капитализм, это проявляется, прежде всего, в тенденции к загниванию» — это утверждение Ленина вполне приложимо к российскому империализму, доведшему страну до состояния прогрессирующего гниения. Другого и быть не могло. Ибо зачат он был «теневым» капиталом в процессе разрушения передового научно-индустриального производства СССР. Находясь с момента своего рождения в полной зависимости от транснациональных корпораций, российский империализм никак не связывал себя с национальными интересами России. И тем более с интересами громадного пролетарского и полупролетарского большинства — он им враждебен. Олигархическая аристократия смотрит на трудовой народ как на арифметическое число. Его убывание её ничуть не беспокоит — была бы максимальной прибыль. Всё в соответствии с логикой социального расизма. Не тревожит олигархат и судьба отечественного производства. Его отечество — офшоры. Что будет с промышленностью, сельским хозяйством, наукой, культурой — данный вопрос вне сферы интересов компрадорского капитала. Деградация основы основ экономики — производства средств производства — происходит у нас на глазах. Один из многих примеров тому — развал станкостроения. Сегодня на внутреннем рынке России продаётся различных станков на 1—1,5 млрд. долларов в год. В этой сумме доля от продажи станков отечественного производства составляет лишь 1%. Производство станкостроения с 1991 года и по сей день сократилось в 20 раз. Вспомним, что советское станкостроение конкурировало с американским за 1-е место в мире по продаже своей продукции на мировом рынке. Ныне же Россия опустилась на 21-е место, пропустив вперёд себя Польшу, Финляндию и многие другие страны. То же самое можно сказать и об отечественном машиностроении. При таком положении дел вести речь об импортозамещении в условиях западных санкций — это всё равно что разгонять тучи ветряными мельницами.
Картина гниения в сельском хозяйстве ещё более ужасающая. Посевные площади в РФ по сравнению с РСФСР уменьшились более чем на треть. В результате сократилось производство зерна (хлеба) в расчёте на одного человека. В США, Канаде, Франции зерна приходится на человека более тонны в год, в Белоруссии — почти тонна. В России — 650 кг. И при этом РФ находится в ряду ведущих экспортёров зерна. Кому это выгодно? Монополистам сельхозпроизводства.
Загнивающий характер капитализма очевиден в сфере не только материального производства, но и производства духовного. Душеразложение, умственное и нравственное распутство (и не только «золотой» молодёжи, но в немалой степени и пролетарской), расчеловечивание, то есть дегуманизация общественной жизни, — всё это мы видим как на империалистическом Западе, так и у нас, в России. Олигархический капитал поставил на поток производство рекламы либеральных буржуазных ценностей — свободы личности, за которой кроется свобода озверевшего индивидуализма; «чистой» демократии, прикрывающей демократию олигархического меньшинства; неприкосновенности частной собственности, а значит, собственности крупного капитала. Все эти «ценности» — ширма культа денег. Культа абсолютной бездуховности капитала, которую обнажил ещё молодой К. Маркс в написанном им саморазоблачительном монологе богатого буржуа: «Сколь велика сила денег, столь велика и моя сила… Я уродлив, но я могу купить себе красивейшую женщину. Значит, я не уродлив… Я плохой, нечестный, бессовестный, скудоумный человек, но деньги в почёте, а значит, в почёте и их владелец… Я скудоумен, но деньги — это реальный ум всех вещей, как же может быть скудоумен их владелец?.. Итак, разве мои деньги не превращают всякую мою немощь в её прямую противоположность?»
Разве не так устроена жизнь в нынешней России? Страной правит некомпетентное правительство — правительство Медведева. Все это видят, но президент хвалит его. Так нужно хозяевам правительства — монополиям: деньги могут всё! Их катастрофически не хватает на науку, образование и медицину. Их, оказывается, нет на реальное, а не на номинальное индексирование зарплаты, пенсий и пособий, как это сейчас обнажилось в условиях очередного финансово-экономического кризиса в России. И в то же время громадные суммы водопадом низвергаются на мельницу коррупции, поразившей все эшелоны власти.
«Продажность, подкуп в гигантских размерах, панама всех видов» — так характеризовал Ленин стремление финансовой олигархии к господству во что бы то ни стало. Финансовый капитал правит страной — деньги решают всё! Большие деньги есть в России: ежегодно из неё утекает за рубеж сто и более миллиардов долларов. Их хватило бы на существенное увеличение социальных выплат, на модернизацию промышленного производства, на подъём сельского хозяйства, на развитие науки, образования и культуры. Другими словами, на социальный и экономический прорыв страны. Но происходит то, что происходит при переходе капитализма на высшую его стадию — вывоз капитала.
Вывоз капитала при обнищании народа
«Вывоз капитала есть паразитизм в квадрате», — писал Ленин, отмечая это свойство империализма. Сегодня вывоз капитала называют инвестированием в зарубежную экономику. Важной сферой прибыльного инвестирования для российского олигархического бизнеса стали страны СНГ. Здесь расходы на кредиты, скупку активов и «откаты» госчиновничеству окупаются с лихвой и быстрее, нежели в России. Вывоз капитала даёт ту дополнительную, и весьма существенную, прибыль, которая позволяет олигархической аристократии увеличивать паразитарный слой её обслуги. В него входят служители охранных структур, экономического шпионажа, целая рать юристов, социологов, политологов, немалая армия работников СМИ (телевидения, радио, печати), принадлежащих олигархам, — внушительная группа высокооплачиваемых паразитов, не производящих ни материальных, ни духовных ценностей, но внедряющих в быт и нравы российского общества «ценности» эпохи вырождения — эпохи олигархического всевластия.
Возможность быстро делать большие деньги российский капитал в первую очередь увидел на Украине: рабочая сила здесь дешевле, чем в РФ, и к тому же под рукой богатые природные ресурсы, да ещё сохранились квалифицированные инженерные и рабочие кадры. Начиная с 90-х годов ХХ века российские олигархи занялись вывозом капитала, то есть довольно крупным инвестированием в украинскую экономику, скупкой активов прибыльных промышленных предприятий.
По данным Центра интеграционных исследований Евразийского банка России и Института мировой экономики и международных отношений РАН, на 1 января 2013 года в географии российских инвестиций в СНГ Украина оказалась в лидерах. Крупный капитал РФ инвестировал в Украину 16,7 млрд. долларов. Это 37,5% общих вложений российских бизнесменов в страны СНГ и Грузию. На втором месте Казахстан — 10,5 млрд. долларов (23,6%), на третьем — Белоруссия — 7,5 млрд. долларов (16,9%). Порядка 30% инвестиций в украинскую экономику имеют российское происхождение. Олигархические компании России к моменту Евромайдана практически проникли во все отрасли экономики Украины. В нефтепереработке и производстве алюминия и глинозёма, в мобильной связи доля российского крупного бизнеса превышает 80%. Наиболее внушительно на Украине были представлены НК «Лукойл», консорциум «Альфа-Групп», компания «Базовый элемент» и АФК «Система». В собственности крупного российского капитала находилось 20—23% всех украинских активов. В Крыму — почти 40%.
Вывоз капитала свидетельствует, по Ленину, об образовании финансового капитала и о его доминирующей роли в определении внутренней и, соответственно, внешней политики страны. Автор гениального труда «Империализм, как высшая стадия капитализма» особо выделял то обстоятельство, что «для стран, вывозящих капитал, почти всегда получается возможность приобрести известные «выгоды», характер которых проливает свет на своеобразие эпохи финансового капитала и монополий». Имеет ли выгоды страна Россия от вывоза российского капитала на Украину? Если под страной иметь в виду трудовой народ, громадное пролетарское большинство, то ответ на поставленный вопрос может быть только один: вывоз капитала ничего не дал стране России, но лишил её реальной возможности приобрести миллионы новых рабочих мест за счёт финансовых вложений в отечественное производство. В них страна испытывает кричащую нужду. А в это время российский капитал шёл на Украину, скупал там производственные активы, сулящие ему большие прибыли. Приведём лишь некоторые примеры тому.
С 2008 года в украинской металлургии обосновался «ЕвразХолдинг» Романа Абрамовича и Александра Абрамова. В настоящее время «Евраз» владеет на Украине практически всей металлургической цепью, начиная от добычи железной руды на Криворожском железорудном комбинате и кончая производством кокса и выплавкой стали в Днепропетровске и Днепродзержинске. В 2009 году российский Внешэкономбанк за 2 млрд. долларов приобрёл 50% акций корпорации «Индустриальный союз Донбасса». Представители банка участвовали в управлении Алчевского и Днепровского металлургических комбинатов в Луганской и Днепропетровской областях, а также «Алчевсккокса».
Нефтедобывающий холдинг «Лукойл» Вагита Алекперова имел в своём активе производство поливинилхлорида на принадлежащем ему «Карпатнефтехиме» в Калуше (Ивано-Франковская обл.). Владельцем Донецкого электросталеплавильного завода являлся крупный российский капиталист Вадим Варшавский, а его собрат по классу Константин Григоришин владел контрольным пакетом акций пяти облэнерго: в Луганске, Полтаве, Виннице, Чернигове, Сумах. Олигархам из России — братьям Чуркиным принадлежал один из крупнейших производителей автобусов и коммунальной техники — Львовский автозавод и ещё автосборочное предприятие в Днепродзержинске. Это далеко не весь список российских владельцев крупной украинской собственности. Так что роль российского капитала в эксплуатации пролетариев Украины весьма значительна, о чём наши ультрапатриоты, как и ультралибералы, ни гугу.
Вывоз капитала происходит от «избытка капитала». Не случайно Ленин берёт в кавычки два последних слова. «Разумеется, — писал он, — если бы капитализм мог развить земледелие, которое теперь повсюду страшно отстало от промышленности, если бы он мог поднять жизненный уровень масс населения, которое повсюду остаётся, несмотря на головокружительный технический прогресс, полуголодным и нищенским, — тогда об избытке капитала не могло бы быть и речи». На естественный вопрос: «Почему же этого не происходит?» — Ленин дал исчерпывающий ответ: «Пока капитализм остаётся капитализмом, избыток капитала обращается не на повышение уровня жизни масс в данной стране, ибо это было бы понижением прибыли капиталистов, а на повышение прибыли путём вывоза капитала за границу, в отсталые страны».
Приложите ленинское объяснение «избытка капитала» к российскому империализму — и вы убедитесь, что оно будет впору ему. Вновь вернёмся к вопросу: имеет ли выгоды страна Россия от вывоза российского капитала на Украину? Если понимать под страной нынешнее государство российское — капиталистическую Российскую Федерацию, то выгода для него очевидна: благодаря вывозу капитала империализм России завоёвывает право, наряду с империализмом европейским, американским, на экономический (соответственно, и политический) передел мира. Впервые заявка на это право прозвучала в 2007 году в мюнхенской речи Путина. Важнейшим актом борьбы российского империализма за место под солнцем в мировой экономике явилось воссоединение Севастополя,Крыма с Россией. В данном случае его интересы совпали с национальными интересами страны, её народа, русского — в первую очередь. Это совпадение и определило патриотический подъём всего российского общества, опираясь на который, Путин действовал решительно и оперативно.
Украинский узел противоречий
Крым не стал лёгкой добычей российского империализма. Лёгкость его воссоединения с Россией объясняется прежде всего массовым патриотическим движением крымчан, советским по своему характеру. Когда акт воссоединения свершился, Евросоюз под давлением США ввёл санкции против России. Они обострили кризис её экономики. Евроамериканский альянс форсировал президентские и парламентские выборы на Украине, принудил Кремль признать их результат, что по сути означало признание легитимности государственного переворота на Украине, свершившегося 21 февраля 2014 года. До выборов США и Евросоюз поощрили самозваную украинскую власть (триумвират Турчинова, Яценюка и Тягнибока) на гражданскую войну с восставшим Донбассом.
И что же Путин? Он после победной акции в Крыму как будто настроен был на решительные действия, о чём свидетельствует принятый по его инициативе законодательный акт Совета Федерации РФ от 1 марта 2014 года, позволявший президенту России использовать её Вооружённые силы на территории Украины для защиты русского населения. После референдума в Крыму и Севастополе, который состоялся 16 марта, все ожидали введения российской армии в Донбасс, где уже шла гражданская война — нарастало число жертв среди мирного населения. Но, опять же по предложению Путина, решение Совета Федерации РФ от 1 марта 2014 года было отменено 24 июня 2014 года.
Данное решение явилось пробой сил российского империализма. Когда стало ясно, что ему не устоять перед объединёнными силами империализма США и Европы, решение было сдано в архив истории. Началась позиционная экономическая, информационная и дипломатическая война — «холодная война» в её агрессивной форме со стороны США. Последние давили на Европу — она ужесточала санкции против России. Как это ни парадоксально, но объективно российскому империализму помогает пролетарский Донбасс. Его героическое сопротивление профашистскому режиму киевской власти дало шанс Путину вступить на равных в переговоры по украинскому вопросу с Меркель, Олландом, а при их негласном посредничестве — и с Обамой. Дорогой ценой оплачены минские соглашения — ценой тысяч убитых и раненых ополченцев и мирных жителей Донецкой и Луганской народных республик.
Позиции нынешней России на Украине до государственного переворота в Киеве не были прочны. Причиной тому служило абсолютное равнодушие российского империалистического капитала к политической жизни соседней страны, в экономику которой он уже врос. Идти на расходы для усиления своего влияния на украинскую внутреннюю политику он не собирался, поскольку это не давало быстрой прибыли здесь и сейчас. Послы РФ на Украине — Черномырдин и Зурабов — вполне отвечали данной позиции российских олигархов. Они решали вопросы большого бизнеса, мало интересуясь внутриполитической жизнью страны. Совершенно иначе вели себя послы США и Евросоюза, Германии в первую голову. Интересы американского и европейского империализма требовали их активного вмешательства в украинскую политику. Здесь, в центре Европы, завязывался тугой узел межимпериалистических противоречий.
Американский империализм прежде всего инвестировал в украинскую политику, настраивая её на антирусский, антироссийский лад. На протяжении 23 лет США финансировали бандеровский национализм. И он буйным цветом расцвёл на Украине. В Вашингтоне уверены: установленный в Киеве проамериканский тоталитарный режим всё расставит по своим местам, как того требуют интересы США, осложнит жизнь Евросоюзу, сделает его ещё более зависимым от имперской Америки. Что до России, то она, по расчётам вашингтонских стратегов, надорвётся, испытывая постоянную западную угрозу по поводу Украины, и в ближайшей перспективе распадётся под тяжестью собственного кризиса и западных санкций.
Если эти расчёты не оправдаются, то не исключена вероятность войны США с Россией (выдвижение НАТО к границам РФ может оказаться не демонстрацией военной силы, а её применением). Межимпериалистические противоречия уже дважды в истории разрешались путём мировой войны. Войны не желает Германия, поддерживаемая Францией: война не обойдёт стороной Европу. К тому же германский империализм не намерен уступать своему американскому конкуренту украинский рынок сбыта, богатых сырьевых ресурсов и дешёвой рабочей силы. Не случайны нередкие вояжи канцлерин Меркель в Киев и президента Порошенко в Берлин. А каждая встреча Меркель с Обамой не есть встреча слуги и хозяина, как полагают наши ура-патриоты. Германский империализм набирает силу: в его руках — контрольный пакет акций всей европейской экономики. Меркель и Обама ведут жёсткий торг, результатом которого являются временные компромиссы между Берлином и Вашингтоном. Обама согласился признать эфемерные договорённости в Минске, а Меркель — продлить санкции против России. Российский же империализм, представленный в политике Путиным, пытается использовать Германию в качестве своеобразного посредника в накалившихся американо-российских отношениях. Надёжен ли этот посредник? Да, Германия, как и Россия, не желает войны, но в остальном… Нашу страну ожидают суровые времена.
Путин — наш национальный лидер?
Отечественная история зачтёт Путину возвращение Крыма в Россию. Его действия в крымской операции были успешны. Как политик он оказался на высоте — обошёл Обаму, Меркель, не говоря уж о других. Но вряд ли судьба Донбасса сложится столь же успешно, как судьба Крыма. Луганская и Донецкая народные республики так и остались не признанными Россией. Бессилие Путина здесь очевидно. Это российский империализм идёт на попятную, на гнилой компромисс со своими грозными конкурентами, лишь бы сохранить свои активы на Украине. Минские соглашения — форма этого компромисса. Но в них нет гарантии, что украинский вопрос будет решён мирно. Патриотические ожидания в отношении Новороссии так и остались ожиданиями. Слишком туг узел межимпериалистических противоречий, чтобы развязать его с помощью минских соглашений. Мужество Донецка и Луганска позволяет России сохранить лицо, имея единственную точку опоры.
Патриотический подъём, вызванный воссоединением Севастополя, Крыма с Россией, вознёс Путина, как говорится, на вершину славы. Многие называют его национальным лидером страны. Подъём патриотизма на время приглушил зреющее социальное недовольство в условиях всё более усиливающегося кризиса — финансового и экономического. Что делает Путин, когда кризис вошёл в новую фазу обострения? В 2014 году он делает то же, что и в 2008-м: спасает банки. Иначе говоря, гарантирует защиту финансового капитала. Именно для этого же берёт под свою президентскую защиту Центробанк с его высокой, неподъёмной для промышленности и сельского хозяйства кредитной ставкой в 17—15%. Всё по воле финансовой олигархии. Всё, как и должно быть в эпоху империализма в его самой жестокой форме — либерально-рыночного капитализма (государство, вон из экономики!).
Империалистический Запад давно уже отказался от этой формы и перешёл к государственно-монополистическому капитализму (вспомним «Новый курс» Рузвельта в США). У нас элементы такого капитализма появились в производстве вооружений, в космической отрасли России, где велик ещё советский научно-технический задел. Но дальше дело не пошло. Полностью перейти на госкапитализм Путин не решится — это неприемлемо для олигархов, топ-менеджером которых является президент России. Страна же всё глубже погружается в болото экономической и технологической отсталости. А если завтра война?..
Путин, отдадим ему должное, талантливый, многоопытный топ-менеджер российского империализма. Он ничуть не препятствует вывозу капитала из России. Если, как писал Ленин, «этот вывоз способен приводить к некоторому застою развития в странах, вывозящих», то у нас, в России, он ведёт к кризису, близкому к катастрофе. Но поскольку «капиталу недостаёт (при условии неразвитости земледелия и нищеты масс) поприщ «прибыльного помещения», то вывоз его неизбежен. Отмеченное Лениным в скобках условие все пятнадцать последних лет строго выдерживается Путиным и его правительством. Но сколь высоко его искусство имитации движения вперёд! Тут и пресловутый «план Путина», и обещание удвоить ВВП, и обоснование реальности 25 миллионов новых рабочих мест в ближайшие годы… И теперь вот импортозамещение. То ли ещё будет… Добавьте к этому мастерство социальной демагогии и социальных подачек да напоминание о годах девяностых — помни, что было при Ельцине. Короче: чтобы не было худшего, голосуй за Путина! И голосует загнанный в тупик российский обыватель.
Марксизм-ленинизм, не принижающий себя до обывательщины, требует классового анализа любого социального явления, в частности и такого, как президент РФ Путин. Он есть не что иное, как персонифицированное выражение российского капитализма на высшей его стадии — империализма. Проводимая им внутренняя и внешняя политика подчинена интересам капитала, в первую очередь — финансового. Всякая попытка оторвать первую от второй сбивает с классовой точки зрения, что, увы, случается даже среди коммунистов после «крымской весны».
О такой опасности говорил Ленин: «Выделять «внешнюю политику» из политики вообще или тем более противополагать внешнюю политику внутренней есть в корне неправильная, немарксистская, ненаучная мысль. И во внешней политике, и во внутренней, одинаково, империализм стремится к нарушениям демократии, к реакции».
Нам заметят: «А как же Крым? Здесь-то Путин был государственником-патриотом». Да, был, но только буржуазным государственником-патриотом. Он, о чём уже говорилось, уловил совпадение империалистических интересов российского капитала с национальными интересами и патриотическим настроением народа и потому действовал решительно. Но такие совпадения — редкость. Умные буржуазные политики на том наживают свой политический капитал, что и сделал Путин. От своей классовой линии во внешней политике он никогда не отклонялся. Лучшим доказательством тому является его отношение к Республике Беларусь — единственной твёрдой опоре России в современном мире. Каждый честный и мыслящий российский гражданин сознаёт, что именно союз двух наших государств может быть реальной основой воссоздания Союзного государства.
Но во все годы правления Путина на пути к этому государству ставились палки в колёса: принимались дискриминационные меры в отношении белорусских товаров на российском рынке. И делается это до сих пор, теперь уже в границах Таможенного союза. Нескончаемые экономические войны против Белоруссии — газовая, мясная, молочная… А кто до недавнего времени шёл в обнимку с западными «партнёрами» против президента Белоруссии Лукашенко? И всё потому, что тот стал на пути империалистических устремлений крупного российского капитала: не дал ему приватизировать белорусскую экономику. Какая уж тут демократия…
Нет её и во внутренней политике России. Что собой представляют выборы у нас, всем давно хорошо известно. Карикатура на демократию. Что же касается реакции, то мы сталкиваемся с нею на каждом шагу в духовной жизни страны. Россия де-юре — светское государство, а де-факто идёт ползучая клерикализация практически всех сфер её жизни. И в то же время Академия наук — наша национальная гордость — низведена до положения бедного просителя в приёмной высшей власти.
О состоянии образования и культуры и говорить не приходится — они на задворках рыночного бытия. Но зато с Васильевского спуска несётся по стране: «Путин — наш национальный лидер!» Нас призывают к единству. По сути это означает: к единству разорённого приватизацией человека труда, ставшего пролетарием, с баснословно нажившимся на той же приватизации олигархом. Если завтра война, то где будет первый и где окажется второй?..
Лидер должен объединять общество. А как его можно объединить при кричащей социальной несправедливости, когда сегодня даже среди занятого населения 70% трудящихся не имеют ни среднестатистической зарплаты, ни среднестатистических доходов. Новосибирский экономист Г. Ханин подсчитал: чтобы России перейти от стагнации к росту производства, надлежит доходы самых обеспеченных сократить как минимум в шесть раз. Пойдёт ли на это Путин? Вопрос риторический. Так о каком единстве и о каком национальном лидере идёт речь?!
Нет ничего опаснее для истинных патриотов, чем добровольно стать на путь соглашательства с Путиным, то есть с властью капитала, для которого Россия не Отечество, а источник прибыли. Нет ничего опаснее для коммунистов, чем своим молчанием в отношении к президенту совратить на этот путь могильщика капитала — пролетариат России. Главное для КПРФ сегодня — донести до масс своё требование к президенту России: «Смена курса! Смена правительства!» Это требование отвечает суровым реалиям настоящего. Это требование труда к капиталу, пока что мирное. Слово — за президентом. Но последнее слово — за народом.