Подведомственный Минфину НИФИ предложил установить для работающих граждан лимит на бесплатное лечение: 8 визитов к терапевту, 4 вызова «скорой» и две госпитализации в год. Все, что сверх нормы — через кассу. Страшнее, пожалуй, только то, что Минздрав, официально открестившись от идеи сокращения программы госгарантий, все же признал, что денег на ее обеспечение не хватает. Значит, резать все же придется?
Эксперты Научно-исследовательского финансового института, подведомственного Минфину, предложили урезать объемы бесплатной медицинской помощи для работающих граждан. По мнению специалистов института, россиянам достаточно 8 визитов к терапевту, 4 вызова «скорой», две плановые госпитализации в год. Все «лишние» визиты, сверх нормы, предлагается сделать платными. Раскошелиться также придется за лечение у специалиста с большим опытом и квалификацией, за повторные вызовы «скорой» по тем же показаниям, за «необоснованные» вызовы, в том случае, если в разговоре с диспетчером больной ошибся в тяжести своего состояния. От практики вызова врача на дом предлагают и вовсе отказаться. Только на этом, по подсчетам экономистов, можно было бы сэкономить от 2 до 7,9 млрд рублей в год.
Помимо прочего, НИФИ призывает продолжить практику сокращения больничных коек, доведя количественные показатели до 4,96 на тысячу населения. Это, по его расчетам, позволит снизить расходы на стационары до 220 млрд рублей в год.
Общество отреагировало бурно. Минздрав попытался успокоить, заявив, что на сокращение программы госгарантий не пойдет. Меж тем, в профильном ведомстве все же признали: денег на обеспечение всех этих гарантий не хватает. Значит ли это, что у проекта НИФИ все же есть шанс?
По мнению Олега Куликова — члена комитета Госдумы по охране здоровья, предложения прямо противоречат Конституции РФ, которая гарантирует гражданам бесплатную медицинскую помощь без каких-либо ограничений. «Да, сейчас действуют приказы Минздрава о введении частичных платных услуг, но, в основном, они касаются сокращения сроков ожидания, дополнительного сервиса — не лечения», — заметил собеседник агентства.
Однако наличие определенных проблем с финансированием системы здравоохранения парламентарий отрицать не стал. «Думаю, на первый и второй квартал финансов хватит, а дальше, естественно, нужно что-то делать. Либо повышать ставки на ОМС, либо дифференцировано подходить к разным категориям граждан в зависимости от степени доходов», — заключил он.
Президент «Лиги защитников пациентов» Александр Саверский не воспринял инициативу всерьез: «какой-то научный сотрудник что-то там сказал, это случайно попало в прессу».
«На самом деле за всем этим стоит лобби страховщиков, которые мечтают контролировать рынок платных медицинских услуг, оцениваемый сегодня под триллион рублей», — предположил собеседник «Росбалта». Абсурдность этой идеи и губительные последствия для пациентов, по мнению эксперта, очевидны.
Меж тем, профессор кафедры Управления и экономики здравоохранения факультета Государственного и муниципального управления ВШЭ, президент «Общества доказательной медицины» Василий Власов заявил, что не стал бы эту идею недооценивать. «Это не просто позиция отдельного института — он получил большой заказ, оплаченный нашими с вами деньгами», — заметил эксперт.
Более того, собеседник агентства полагает, что отчасти предложение НИФИ здравое. «Здесь мы имеем место с полуправдой, — пояснил эксперт. — Дело в том, что на бумаге у нас гарантировано все и всем. Меж тем, есть некоторые пределы возможностей системы, и люди должны понимать, что им действительно гарантируется, а что — нет».
В этом смысле такого рода «конкретизация», которую предлагает подведомственное Минфину учреждение, необходима. «Во всех странах, где система нормально функционирует, существуют определенные ограничения, скажем, на использование «скорой помощи». Это страшно дорогая услуга, у нас же бригаду нередко вызывают просто для того, чтобы укол сделать. Подобное просто недопустимо. Так что в предложениях НИФИ содержится некоторая правда. Проблема в том, что она используется в качестве обертки для того, чтобы продвинуть негодные предложения в смысле сохранения системы ОМС и развития платных услуг», — заключил Власов.
С тем, что возможности бюджета системы здравоохранения не резиновые, увы, никто давно не спорит. Как заявила «Росбалту» доктор медицинских наук, руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением Гузель Улумбекова, в текущем году из всех трех «кошельков», из которых финансируется отечественное здравоохранение — федеральный и региональный бюджеты, Фонд ОМС — расходы на бесплатную медпомощь в сопоставимых ценах (с учетом инфляции и девальвации рубля) снижаются на 15% по сравнению с прошлым годом, а в 2016 году — на 20%. В этих условиях НИФИ не нашел ничего лучшего, как переложить расходы на плечи населения.
Эксперт напомнила: расходы россиян на медицину и так составляют 36% от всех расходов на здравоохранение в стране, тогда как в мире этот показатель не превышает 20-25%.
«Для большей части граждан, которые живут на доходы ниже 19 тыс. рублей в месяц, любое сокращение объемов медицинской помощи будет означать недоступность лечения. Как результат, возрастет смертность. Так, в 2015 году, в связи с сокращением объемов бесплатной медпомощи, вместо запланированного снижения смертность возросла почти на 1%, а в самом богатом регионе страны — Москве — почти на 4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года», — подчеркнула собеседница «Росбалта».
Улумбекова обратила внимание: по данным Минэкономразвития, в 2015 году реальные доходы населения сокращаются на 4%, а реальная заработная плата — на 8%.
«В этих условиях предлагать подобные меры просто недопустимо», — убеждена эксперт.
По ее мнению, некоторые предложения демонстрируют абсолютную безграмотность авторов в вопросах организации здравоохранения. Например, предлагается продолжить сокращения коечного фонда, тогда как уже сегодня обеспеченность койками в стационарах составляет 7,4 на 1 тыс. населения, что существенно ниже, чем, например, в Германии. И это при том, что потоки пациентов в России выше, чем в странах западной Европы, а плотность населения, напротив, ниже. Соответственно, число коек и врачей должно превышать европейские показатели.
«Подобные предложения политически некорректны и дестабилизируют ситуацию в стране, — убеждена руководитель ВШОУЗ. — С другой стороны, мы все понимаем: если объемы финансирования здравоохранения продолжат снижаться, нам придется выбрать приоритеты». Очевидно, сокращению быть. Вопрос: что и как сокращать?
«Мы должны жестко нормировать медицинскую помощь, распределять средства так, чтобы базовые виды медицинской помощи были доступны большинству населения», — считает Улумбекова.
По ее словам, в ситуации, когда денег мало, нужно распределять их между теми учреждениями, которые оказывают основные виды услуг: первичная медико-санитарная помощь в поликлиниках, «скорая помощь», экстренная помощь в стационарах. При этом собеседница «Росбалта» признала, что на лечение орфанных заболеваний, выхаживание младенцев с экстремально низкой массой тела, на строительство, закупку дорогостоящего оборудования денег может не хватить.
«Люди в испуге от того, что им придется доплачивать врачам. Они просто не будут обращаться за помощью, когда им это необходимо. Как результат: самолечение, запущенные болезни, осложнения, рост смертности», — резюмировала эксперт.